Книга Кодекс Практика: Страница 3, страница 85 – Артем Сластин, Игорь Маревский

Я ослабил хватку и тут же ощутил, как спина янлона расслабилась, а само существо перестало бить копытом. Впервые мне достался молодой скакун, что по возрасту был почти подростком по меркам янлонов. Светлая чешуя, нежный оттенок густого облака и оранжевые глаза. Мне сказали, что это было признаком того, что он ещё не прошёл обряд взросления.

— Теперь ногами, — продолжал Чэн, — Не дави, намекай. Твой скакун умнее лошади и ему не надо объяснять, чего ты от него хочешь. Намекни, дай понять, а он сделает всё остальное.

Я попробовал. Сначала просто положил ноги на бока, потом чуть надавил левой — зверь повернул налево. Правой — направо. Движение вперёд и тот перешёл на рысь.

— Спокойнее, не спеши… — Мастер Чэн так и не договорил.

Я пришпорил скакуна и мир закружился.

Это действительно не было похоже на езду на лошади. Когда лошадь бежит, ты чувствуешь каждый удар копыт, каждое движение её мышц под седлом. Вот только янлон двигался плавно, будто парил, а может даже и летел над землей. Чешуя легко вибрировала в такт его движениям, передавая моему телу мелкую дрожь, и я вдруг ощутил… связь. Что-то щёлкнуло между нами, как замок, который наконец поддался, и скакун предложил нам познакомиться поближе.

Наши ци объединились, слились в единое целое и, ощутив, как начинаю чувствовать мир через скакуна, мысленно приказал: «Быстрее!»

Поле пронеслось мимо, превратившись в зелёно-серое пятно. Ветер свистел в ушах, трепал волосы, и я невольно улыбнулся, по-настоящему, словно тот самый ребёнок, впервые вскочивший на гнедого коня. Это было то же чувство, что и на Вьюге, только сильнее в десятки тысяч раз, острее и живее!

Янлон продолжал бежать, выполняя мой приказ, а его ноздри раздувались, выгоняя горячий пар. У меня возникло такое ощущение, будто я родился в седле, особенно учитывая, что подо мной его не было. Янлонов не запрягали, как обычных лошадей в этом понимании и предпочитали обматывать кожаными ремнями с медными заклёпками.

Когда я остановился, сердце всё ещё колотилось где-то в горле, а мне хотелось бежать дальше.

— Неплохо, — сказал мастер Чэн, когда я подъехал к трибуне. — Большинству приходится учиться одному контролю недели, а ты освоил за один день. Ты вновь подтверждаешь, что я не ошибся в тебе, мой мальчик.

— Он хороший скакун. — Ответил я, спрыгивая на землю.

— Хороший? Он неопытный, как и ты, но вынужден признаться, вы вдвоем быстро поладили. Так что думаю, ты получил права дать ему имя.

Я потрепал зверя по морде и задумчиво спросил.

— У него его нет?

— А он его и не заслужил. — Ответил мастер Чэн в тот момент, когда над ним склонился слуга и что-то прошептал ему на ухо. — Он скинул трёх учеников, а четвертого вообще отправил в лазарет с духовным шоком.

Погладил янлона по чешуйчатой морде, тот фыркнул, выпустил облачко пара и ткнулся носом в мою ладонь.

— Вьюга. — Коротко произнёс, засовывая ему в пасть зелёное яблоко.

— Вот так просто? — Переспросил Чэн, вставая с трибуны, — Не Огненный смерч? Не Небесный скакун или Ревущий ветер? Вьюга?

Я согласно кивнул.

— Имя ему подходит как никогда.

Ведь чем чёрт не шутит, вдруг не я один переродился в этом мире…

— Великий господин был сегодня великолепен! — Раздался за спиной тоненький, звонкий голосок.

Мастер Чэн махнул рукой, попрощался и удалился на заседание совета, оставив меня наедине с Вьюгой и маленьким парнишкой.