Книга Кодекс Практика: Страница 3, страница 87 – Артем Сластин, Игорь Маревский

Концепция договора мальчику конечно не было знакома, а вот приказ господина он понимал с первого слова. Поэтому он принял обратно пустой графин, протянул ещё одно яблоко для Вьюги, которое тут же скормил ему и коротко кивнул:

— Да, господин.

Я потрепал его по бритой голове и отвесил слабого подзатыльника.

— Всё, иди, отдыхай. Я сам отведу Вьюгу в стойло, а затем отправлюсь на урок.

— Алхимия, господин. — Напомнил мне Шурик, в чьи обязанности входило быть моим живым ежедневником.

Он убежал, на ходу поправляя пояс с веревкой, а я смотрел ему вслед и думал о том, сколько ещё таких «Шестых» в этом мире. И сколько из них записались в слуги добровольно, а кого родили в побочных семьях, чья единственная задача была в разведении прислуги для сект и Академии.

А потом я заметил его.

В дальнем конце трибуны, под тенью навеса, сидел человек. Я не видел его лица, только тёмный плащ и с капюшоном, низко надвинутый на лоб. Казалось он не двигался и даже не смотрел по сторонам, изредка двигая длинной бледной рукой, в которой он сжимал маленькую книжечку в кожаном переплёте.

Я сделал вид, что поправляю ремешок на сапоге и скосил глаза.

Третий день подряд.

Он появлялся на занятиях, ждал меня в коридорах и фактически был моей тенью. Я думал, что это мастер Чэн или его помощник, но они бы не стали скрываться. Слух о том, что один из советников заполучил себе ученика, обладающего уникальным талантом, разошёлся ураганом по всей Академии. Мало кто знал меня в лицо, но моё имя, было на устах практически у всех. Кто такой? Какой талант и почему магистр Чэн лично заинтересовался этим неофитом?

Не помогало ещё и то, что сам мастер отказывался комментировать его выбор и, как я понял, не особо распространялся насчёт моих умений. Казалось он тайком пытался вырастить из меня практика, чтобы потом самостоятельно и единолично пользоваться плодами своих трудов, так что оставалось только гадать над истинными мотивами этого человека. О наличии которых, я даже не сомневался.

Человек в плаще что-то писал. Причем это что-то явно было про меня.

Кто он? Шпион? Инспектор? Следит за тем, как у меня проходят тренировки? Логично было бы подумать, что это слуга Чэна, но опять же, к этот маскарад члена тайного общества? Единственный вариант, который объяснял и таинственность, и наряд, в том числе почему и сам мастер не погнал его метлой — это то, что на трибуне сидел представитель совета. Не сам советник, а засланец, призванный писать отчёты о прогрессе моих тренировок и развитии таланта.

Я поднялся, взял Вьюгу под уздцы, поправил Обезглавливателя за спиной и повёл в стойло. Когда я вернулся, трибуна опустела. От фигуры, следившей за моим каждым шагом не осталось и следа. Академия обещала стать моим домом, по крайней мере на какое-то время, но я никак не мог отделаться от чувства, что за мной постоянно следят.

Пришлось отправиться в сторону ученического корпуса, оставив позади ипподром и тихое ржание Вьюги. Академия была отдельным городом внутри города. Я не сразу это понял, так как первые дни просто ходил за мастером Чэном, как слепой котёнок, пытаясь понять, куда меня привели, но со временем картинка начала складываться.

Здесь была своя столовая, свои казармы, свои библиотеки и лаборатории. Даже существовала своя внутренняя валюта «цен». Их начисляли за успехи в учебе, за выполнение контрактов и за особые заслуги. На них можно было купить всё, начиная от лишней порции риса за ужином, заканчивая доступом к закрытому хранилищу книг или даже, чем чёрт не шутит, ресурсам.