Книга История дворца Куньнин. Книга 1, страница 182 – Ши Цзин

— Спасибо.

И все? Ее ответ прозвучал слишком сдержанно. Даже Чжоу Баоин пришла в восторг, а Цзян Сюэнин не сказала ни слова похвалы? Лакомка на миг усомнилась в себе и, с недоумением посмотрев на Цзян Сюэнин, спросила:

— Сестрица Цзян, разве, по-твоему, пирожные не восхитительны?

Цзян Сюэнин опустила взгляд на тонкий надкушенный ломтик и неожиданно вспомнила Се Вэя – того, кто в прошлой жизни прославился на посту великого наставника^[120]. Став императрицей, она целых два года нанимала лучших поваров, чтобы они повторили памятный вкус «Персиковых лепестков», но все было напрасно. Потому ли, что Се Вэй в свое время приготовил их идеально, или же сама Цзян Сюэнин переменилась?

Воспоминания о тех событиях теперь казались ей сном. Разве мог Се Цзюйань, потомок знатного рода, чье имя гремело по всему Поднебесью, образец благородства и добродетели, почти святой, стоять у кухонной плиты, рискуя пропахнуть дымом?

Конечно же, пирожные соученицы были хороши, но, увидев сияние луны, кто восхитится блеском жемчужины? Цзян Сюэнин бросила взгляд на Яо Жунжун, которая стояла рядом, опустив голову и покусывая губы, улыбнулась и нашла отговорку:

— Наверняка очень вкусно, просто я не люблю сладкое. Прошу не обижаться.

В конце концов, даже самые изысканные деликатесы могут кому-то не прийтись по вкусу. Ответ вежливый, не придерешься, но из-за натянутых отношений между Цзян Сюэнин и Яо Жунжун слова барышни можно было истолковать по-разному. Впрочем, простодушная Чжоу Баоин не стала ломать голову над этими тонкостями и пробормотала:

— Ну вот! Я же говорила, что у меня отличный вкус! Эй, раз сестрица Цзян не ест, значит, остальное мое!

Даже не поглядев на Яо Жунжун, она радостно придвинула к себе коробку и принялась за пирожные.

Из восьми барышень, отобранных в соученицы старшей принцессы, собрались все, кроме Ю Юэ. Цзян Сюэнин не раздумывая села рядом с Фан Мяо, и разговор вновь оживился: девушки делились тем, что случилось с ними за последние два дня. Но вскоре их внимание незаметно переключилось на Яо Си, которая явно пребывала не в духе. Все знали о ее будущей свадьбе с Чжан Чжэ и теперь не могли не задуматься: не случилось ли чего?

— Как там твоя помолвка? – тихо спросила Сяо Шу.

Яо Си горестно изогнула ивовые брови. Казалось, она вот-вот расплачется.

— Я умоляла отца расторгнуть ее, но он даже слушать не пожелал. Упорно твердит, что Чжан Чжэ – достойный жених. Даже матушка не смогла его переубедить. Я теперь и не знаю, что делать…

Сяо Шу нахмурилась и покосилась на Цзян Сюэнин. Жестокость, с которой та окунула Ю Юэ головой в аквариум, помнили все и теперь как по команде тоже невольно на нее посмотрели.

Цзян Сюэнин невозмутимо пригубила чай, будто происходящее ее не касалось, и усмехнулась:

— Я не помолвлена и никакого отношения к этой истории не имею. Что вы на меня так уставились?

Для Яо Си эта безобидная реплика прозвучала как злорадная насмешка. Она сначала побледнела, а затем покраснела от возмущения. Казалось, барышня вот-вот вскочит и вступит с Цзян Сюэнин в перепалку, однако внезапно пришла служанка, с низким поклоном подняла над головой письмо и объявила:

— Приветствую барышень. Это письмо от великого воспитателя Яо для старшей барышни Яо Си.

Та замерла от удивления: она ведь совсем недавно покинула дом. Взяв конверт, девушка увидела знакомый уверенный почерк.