Книга История дворца Куньнин. Книга 1, страница 180 – Ши Цзин

Шагая вперед, Цзян Сюэнин словно возвращалась в прошлую жизнь: те же узкие и широкие дорожки, швы между каменными плитами, пропитанные кровью, что стекала по стеблям травы и просачивалась в землю, оставляя мрачные ржавые подтеки. Тогда на этих багряных стенах виднелись темно-красные пятна, напоминавшие чернильные кляксы, и зияющие зарубки от мечей, а на воротах вместо изображения священного цилиня^[119] красовалась изувеченная голова Чжоу Иньчжи с искаженным лицом и выпученными глазами, прибитая тремя железными гвоздями.

Зимний ветер, разгуливавший по Запретному городу, стонал жалобно и тоскливо. Цзян Сюэнин невольно поежилась. Образ Се Вэя с натянутым луком в руках, стоящего на воротной башне императорского дворца, всплыл в ее памяти, как наваждение. Сможет ли она выйти отсюда живой через полгода?

* * *

В это время в палатах Янчжи уже собралось несколько девушек. Они разговаривали и смеялись.

— Ай, Фан Мяо, зачем ты притащила с собой кучу всякого хлама?

— Это для удачи! Вы же знаете: мне учеба тяжело дается. Если бы не вторая барышня Цзян, которая дала дельный совет перед экзаменом, я бы никогда не попала в число избранных. Вот я и взяла с собой счастливую подставку под кисти. На парту поставлю и буду молиться, чтобы наставник не вызвал меня отвечать. О Амитабха, спаси и благослови!

— Кстати, кто-нибудь знает, чему нас будут учить?

— Господин Се преподает игру на цине. Остальное пока неизвестно.

— Сестрица Сяо, ты так много книг привезла! Наверное, уникальные экземпляры?

Сяо Шу и Чэнь Шуи приехали вместе, как и в прошлый раз. Обе сидели у окна. Фан Мяо, которая тоже прибыла рано, не могла усидеть на месте – ходила по комнате и переставляла вещи, объясняя, что хочет обновить для всех фэншуй. Самая юная барышня, круглолицая и румяная Чжоу Баоин, зевала, опершись на стол.

— Баоин, ты почему невеселая? – спросила Сяо Шу.

Та обиженно надулась:

— Дома отец сказал, что я во дворце ни приличий не усвоила, ни ума не набралась, и не купил мне пирожных из кондитерской «Аромат абрикоса», как обещал.

Так вот в чем причина – еда. Сяо Шу не нашлась что сказать и замолчала, а Чжоу Баоин вдруг встрепенулась, словно кошка, учуявшая рыбу, вскинула голову, и ее сонные глаза распахнулись.

— Вкусненькое несут!

Опытная девушка легко узнавала запах деликатесов. Вскочив с места, она подбежала к двери, выглянула и с восторгом воскликнула:

— Младшая сестрица Яо принесла еду!

Среди соучениц старшей принцессы оказалось две барышни по фамилии Яо: Яо Жунжун, дочь Яо Дупина, наставника академии Ханьлинь, и Яо Си, дочь Яо Цинъюя, великого воспитателя и главы Палаты чинов. Чтобы не путаться, первую в соответствии с возрастом называли младшей барышней Яо, а вторую – старшей.

В комнату вошла Яо Жунжун. В руках она держала коробку с угощением. Будучи не самого знатного происхождения, во дворце девушка вела себя скромно и осторожно, опасаясь нарушить правила. Когда кто-то выскочил ей навстречу, она даже слегка испугалась, но, увидев, что это Чжоу Баоин, с облегчением улыбнулась и протянула коробку.

— Я приготовила дома пирожные – «Персиковые лепестки». Помня, как старшие сестрицы и младшая сестрица Баоин заботились обо мне, я принесла их в знак благодарности, от чистого сердца. Пожалуйста, угощайтесь.