Онлайн книга «История дворца Куньнин. Книга 1»
|
— Почему ты так долго писала? Неужели в заданиях был скрытый смысл? Вовсе нет, причина крылась в духе противоречия. Цзян Сюэнин убедилась, что Се Вэй не смотрит в их сторону, и тихо ответила: — Просто я глуповата, вот и писала долго. Глуповата? Цзян Сюэнин – глупая? Фан Мяо тут же потеряла всякое желание разговаривать с лицемеркой. Ясно же, что умная, зачем обманывает? — Ну-ну. Притворяйся дальше, – с досадой вздохнула она. Цзян Сюэнин поняла, что Фан Мяо ей не верит, но объяснять ничего не стала. В любом случае после сдачи работы она почувствовала облегчение. Ее ответы были направлены точно в цель. У старикашек из академии от злости наверняка борода встанет торчком, глаза на лоб вылезут и кровь носом пойдет. Из дворца ее точно выпроводят! Поэтому она с интересом наблюдала за Се Вэем. На самом верху стопки лежала работа старшей дочери Чэн-гуна. Ее изысканный почерк в стиле сяо кай[104] говорил о многолетней упорной практике. Младший наставник просмотрел работу, равнодушно кивнул, отложил ее в сторону и взял следующую. Его лицо по-прежнему оставалось спокойным, и сидящие в зале барышни не могли догадаться, о чем он думает. Но когда Се Вэй развернул пятую по счету работу, уголок его глаза едва заметно дернулся. Цзян Сюэнин, следившая за каждым движением, сразу поняла: ее очередь! Она вспомнила Се Вэя из прошлой жизни. Тот знал наизусть книги древних мудрецов, разбирался во всех философских учениях, писал изящным почерком и великолепно играл на цине. Интересно, как он примет ее «шедевр»? Не повалит ли у него от ярости дым из семи отверстий?[105] Что он почувствует при виде каракуль после четырех образцовых работ? Вертикальные и горизонтальные черты кривые, откидные совсем покосились. Будто даос сочинял заклинательную надпись от нечисти. Даже школьники семи-восьми лет и то пишут лучше. Брови Се Вэя сдвинулись, и он чуть не бросил работу на пол. Но тут его взгляд упал на имя: «Цзян Сюэнин». Пальцы мужчины крепче стиснули лист. Он медленно посмотрел в угол зала, залитый солнечным светом, и заметил, что Цзян Сюэнин исподтишка наблюдает за ним. В черных глазах притаилось лукавство, как у лисы. Но стоило им встретиться взглядами, как озорной блеск исчез. Девушка заморгала и смущенно потупилась, будто понимая, как плохо написала работу, и теперь дрожа от страха. Се Вэй смотрел на нее целую вечность. Цзян Сюэнин думала, что он мельком глянет и отведет глаза, поэтому подняла голову, желая понаблюдать за ним дальше, однако неожиданно их взгляды снова встретились. У девушки по спине пробежал озноб. Отрешенное лицо мужчины не выражало ни строгости, ни суровости, напоминая море в безветренный день. Но под его гладью бурлили глубоководные течения: за внешним спокойствием скрывалась ярость, внушавшая страх. У Цзян Сюэнин даже затылок похолодел. Подавив желание вскочить на ноги и убежать, она снова медленно опустила голову и уже не решалась поднять ее. Только тогда Се Вэй неторопливо отвел взгляд и вернулся к чтению. В зале повисла странная тишина. Барышни, тоже тайком наблюдавшие за наставником, с изумлением осознали: если раньше он тратил на проверку каждой работы не больше получетверти часа, то пятую по счету читал уже добрую четверть. По лицу было не понять, что именно он чувствует, и от этого становилось только страшнее. Все встревожились. Кто-то молился, чтобы работа оказалась чужой, кто-то гадал: что же там написано, раз младший наставник наследного принца читает так долго? |