Книга Железная леди для Священной империи, страница 21 – Dimash Suleimen

Вырыть колодец это вам не грядку вскопать, тут колоссальные инвестиции нужны. Меньше чем за три-четыре серебряных солида мастера из города даже лопату из телеги не достанут, а если копать глубоко все десять солидов улетит! При том что за один солид можно целую пристройку к дому срубить. И ладно бы только деньги. Главная засада крылась в качестве воды. Подземные жилы делились на солоноватые и сладкие. Солоноватая вода это чистый убыток: пить её невозможно, скотина воротит морду, огород не польешь всё пожухнет, да и шерстяную одежду после такой стирки разъедает, краска сходит на раз-два. Короче, откопать солоноватый колодец это буквально зарыть серебро в землю. В прямом смысле.

Мастера-колодезники, конечно, умели по направлению холмов и росту ивы определять, где есть жила и гарантировали, что вода будет. Но вот какая она будет, сладкая или горькая никто предсказать не мог, пока ведро со дна не поднимешь. Бывало, на одном пятачке копали три раза и везде вода была разной. Короче, чистая венчурная рулетка без каких-либо гарантий.

Обычные крестьяне копейку зарабатывали кровью и потом, поэтому такими инвестициями не рисковали. Померзнуть в очереди у общественного колодца это не беда, а вот пустить серебро по ветру это смертный грех.

Ганс-Старший даже опешил от такой наглости. Надо же, шестилетка рот разинула на целый колодец! Но, вспомнив, что дочке всего шесть зим, снисходительно улыбнулся. Ладно уж, пускай мечтает, дитя еще, жизни не знает.

— У нас не хватит серебра, дочка, — мягко пояснил Ганс, чтобы спустить Ильзу с небес на землю. — Инструменты и камни для обкладки это полбеды. Но самому мастеру-колодезнику в день нужно платить по сто медных!

Цена действительно была конской. Обычный поденщик в страду получал от силы пятьдесят, а зимой в затишье и вовсе тридцать. Ильза поняла: бизнес-план с колодцем временно замораживается. Сначала нужно выйти на стабильный кэшфлоу.

Ладно, нет денег на колодец, займемся планированием доступной территории. Ильза быстро переключилась на текущие задачи. — Папа, давай тогда дом рубить вот здесь! — она ткнула пальчиком в самый дальний, юго-восточный угол участка, подальше от вонючей болотной ямы.

Жить вплотную к этому рассаднику комаров Ильза не собиралась. Летом и осенью эти твари сожрут их заживо. К тому же, кто знает, какая фауна водится в этой тине? Гадюки там точно пропишутся.

Ганс-Старший одобрительно кивнул и похлопал дочку по плечу: — О, а ты соображаешь! Именно здесь плотники и начнут ложить венцы.

Раз уж западную стену двора они прижмут к берегу пруда, то ворота и сам фахверк логично ставить на юго-востоке. Ну а всё остальное пространство, естественно, пойдет под агрокомплекс.

— Вот отсюда и до самой межи разобьем грядки под брюкву и капусту. — А на этом склоне у самой воды высадим дикий лук и чеснок.

Глядя на то, как у отца горят глаза при виде будущих грядок, Ильза окончательно убедилась: её папаша неизлечимый агроголик.

— И еще кое-что, — Ганс заговорщически понизил голос. — На краю наших холмов есть небольшой каменистый лесок. Горушка совсем крохотная, меньше шести утренних волоков, община её до сих пор никому не отписала, так и стоит ничейная. — Я хочу выкупить этот холм у старости. За него попросят всего одну серебряную. А мы там сможем расширить плантации горного чеснока. — Как ни считай, мы обернем это серебро втрое.