Книга Серый кардинал империи: Путь в чины, страница 274 – Dimash Suleimen

Когда последние приготовления на мостах были завершены, Алексей подозвал лодочника и обратился к Никите: — Брат Никита, южный берег на тебе. Как только пираты дойдут до середины отмели, рубите южный мост. Если полезут в воду — закидывайте копьями из веток. Если кто подплывет близко — держите дистанцию и колите толпой. Днем они вряд ли сунутся на такую ораву. Но как только стемнеет — жгите костры по всему берегу и не смыкайте глаз. Думаю, к завтрашнему утру регулярные войска нас найдут.

Алексей кривил душой. Он понимал, что армия прибудет нескоро. Даже если они выступили мгновенно, войска пошли бы на северо-запад, к первому очагу дыма, в то время как пираты ушли далеко на юго-восток. Солдатам придется сделать огромный крюк. Да и скорость марша у правительственных сил всегда была притчей во языцех — то жарко, то пить охота, то обоз отстал. Но сейчас Алексею нужно было подбодрить Никиту, как в древней притче про «мнимые сливы», спасающие войско от жажды.

Никита кивнул и уже открыл рот, чтобы ответить, но тут к берегу причалил легкий челнок. — Ты куда это собрался? — нахмурился жандарм.

— На тот берег, к ополчению соседей, — Алексей прыгнул на нос лодки. Суденышко опасно качнулось, и если бы не крепкая рука лодочника, наш «ревизор» знатно искупался бы в реке.

Никита сделал вид, что не заметил легкой неуклюжести юноши, и согласно кивнул:

— И то верно. На северном берегу хоть и подготовили всё, но если вы будете там приглядывать, у меня сердце будет на месте. — Сам того не замечая, жандарм сменил панибратское на уважительное.

Алексей лишь слегка покачал головой:

— У соседнего уезда делами заправляют местные, пусть так и остается. Если я, незнакомый мальчишка, полезу со своими приказами, меня никто слушать не станет.

Свои басни про «новоназначенного специального ревизора» он мог рассказывать разве что совсем темным, испуганным деревенским жителям. Выходить с этой ложью к городским воротилам было бы верхом глупости и самообмана.

— Куда же вы тогда направляетесь? — настойчиво спросил Никита.

Алексей скрывать не стал. Он повернулся и указал пальцем прямо на узкую полоску суши посреди реки:

— Туда… На Отмель Мертвецов. Я должен встретить и прикрыть своего брата.

Услышав это, лодочник от ужаса едва не лишился чувств. У него подкосились колени, он кубарем выскочил из челнока на мелководье и закричал:

— Ой, не пойду! Ни за что туда не поплыву! Пираты же людей живьем жрут!

Никита мертвой хваткой вцепился в борт лодки и глухо заговорил, пытаясь вразумить юношу:

— Господи, одумайтесь! Это же верная смерть, вам туда нельзя! Если с вами что-то случится, как я потом вашему отцу в глаза смотреть буду⁈

Алексей ответил со странным, пугающим спокойствием:

— Тебе не придется перед ним отчитываться. Я уже передал свои последние слова.

— Да я вас просто не пущу! — рявкнул Никита, наваливаясь на борт. — Эй, парни, а ну-ка подойдите сюда, снимите молодого барина с лодки…

Договорить жандарм не успел. Ему в грудь уперлось холодное, хищно блеснувшее дуло заморского пистолета. Стоявшие на берегу ополченцы разом замерли, ошарашенно глядя на это невиданное оружие и не смея шелохнуться.

— Прости, Никита, — тихо сказал Алексей. — Но я не могу бросить своего друга дважды за одни сутки.