Книга Серый кардинал империи: Путь в чины, страница 276 – Dimash Suleimen

И всё же, какова порой разница между людьми! Покуда говорящий еще только подбирал слова, слушающий уже всё додумал за него. Вожак прищурился: — Ты хочешь сказать, что там, дальше, есть деревня?

Степан едва сдержался, чтобы не выдохнуть «Спасибо тебе, благодетель…», и принялся неистово кивать, сложив ладони у щеки и показывая, что там можно будет лечь спать.

Разбойники мигом приободрились: — О, значит, будут мягкие постели! — И сытная еда, и девки!

Великан поддакивал им с самым глуповато-восторженным видом, а про себя угрюмо усмехался: «Будет вам и еда, и бабы… На том свете, псы шелудивые».

Главарь же окончательно уверовал, что парень проникся духом их ремесла. Он покровительственно похлопал Степана по плечу и веско произнес: — Веди нас хорошенько. Закончим это дело, и останешься при мне…

Видя, что здоровяк глупо хлопает глазами, один из пиратов ухмыльнулся: — Слыхал про благородных разбойников с горы? Степан кивнул. Главарь довольно рассмеялся: — Они — горные удальцы, а мы — богатыри Восточного моря! Будем вместе жрать мясо кусками, пить вино чашами да делить золото полными горстями… — И баб делить! — скалясь, вставил другой бандит.

Внутри у Степана всё кипело от лютой ненависти, но на лице он изобразил беспредельное счастье и принялся усердно кланяться, громко выкрикивая слова на родном диалекте. На самом деле он крыл их последними площадинными ругательствами, но пираты принимали это за дикий восторг. Вожак ласково потрепал его по плечу: — Старайся, малый. Скоро сам поймешь, какое это прибыльное и перспективное ремесло. Степан бил себя в грудь и утробно завывал, заставляя разбойников покатываться со смеху.

Пользуясь общим весельем, он демонстративно пошевелил связанными за спиной руками и состроил мученическую гримасу. Один из пиратов, посчитав великана будущим соратником, пожалел его: — Главарь, раз уж парень идет к нам в долю, может, снимем верёвки? Целый день связанный идет, намучился.

Вожак на секунду задумался, хмыкнул и покачал головой: — Да ладно, пара шагов осталась. Дойдем до побережья — там и развяжем. — Он зыркнул на проводника: — Верно я говорю? Степан понуро кивнул, пряча глубокое разочарование.

За разговорами они наконец ступили на мост. Сердце великана бешено заколотилось: «Успели ли наши? Всё ли подготовили? Хоть бы не напортачили…»

Его секундное замешательство не укрылось от подозрительного взгляда вожака. Тот мгновенно подобрался: — Эй, парень, ты чего дергаешься?

Степан поспешно замотал головой и принялся тыкать пальцем в заходящее солнце, издавая гортанные звуки. Догадливый главарь кивнул: — И то верно. Надо прибавить шагу, а то впотьмах ноги переломаем.

Великан выставил большой палец, восхищаясь умом командира, и вдруг во весь голос заорал на местном диалекте: — Меня зовут Степан! Я хозяин торговой лавки «Три друга»! Если кто слышит — передайте моему отцу… его сын не опозорил свой род!

Ветер подхватил его зычный голос и унес в камышовые заросли, где тысячи стеблей согласно зашуршали, словно давая клятву верному сыну.

Сказав это, Степан сбросил с души последний груз и с гордо поднятой головой зашагал вперед по мосту… Он не знал, что в камышах действительно затаился Никита с сотнями ополченцев, и каждый из них навек запечатлел эти слова в своем сердце.