Книга Серый кардинал империи: Путь в чины, страница 179 – Dimash Suleimen

После того как все трое обменялись приветствиями, Дмитрий и Алексей еще раз поклонились Василию. Тот уверенно поставил свою подпись и приложил печать к их документам, официально став их поручителем. На этом формальности с подачей списков были завершены.

Вообще-то, по заведенному в управе порядку, за каждое движение полагалось платить: восемнадцать монет за бланк, двадцать за «удостоверение», да еще сто восемь монет обязательного взноса после регистрации. Но поскольку оба юноши были на особом счету у главы уезда, все расходы для них были полностью аннулированы.

Завершив дела, Его Высокородие городничий объявил: — Пятнадцатое число следующего месяца — день благоприятный, по всем канонам подходящий. Именно тогда я повелеваю провести уездный экзамен. Он еще раз подбодрил юношей, наказав им не смыкать глаз над книгами и не давать себе ни минуты слабины.

Когда аудиенция подошла к концу, все поднялись, чтобы уйти. Городничий благосклонно кивнул, но знаком попросил Алексея остаться.

Когда в палате остались только они двое, городничий виновато улыбнулся: — Алеша, помнишь, я давал тебе обещание? Боюсь, с его исполнением возникли некоторые… затруднения.

Алексей уже на три четверти догадывался, в чем дело, но решил не выставлять свой ум напоказ и изобразил легкое недоумение: — О чем вы, Ваше Высокородие?

— О первом месте на уездном экзамене, о чем же еще! — городничий выглядел крайне смущенным. — Теперь я не могу гарантировать его тебе со стопроцентной уверенностью.

Алексей сделал вид, что его осенило, и тихо спросил: — Неужели дело в брате Дмитрии?

— В точку. Раньше это было для меня делом плевым, — городничий энергично закивал. — Но кто же знал, что ты окажешься в одном списке с этим «чудо-ребенком»? Тут дело тонкое… Видишь ли, его наставник, академик Лаптев, был учителем и для нашего главного смотрителя академий. Тот уже на весь край объявил, что «малый триумф» — это вещь, которая уже лежит в кармане у его младшего соученика…

Алексей нахмурился: — Значит ли это, что победа Дмитрия уже предрешена?

— Не совсем так, — городничий, заметив серьезность юноши, покачал головой и усмехнулся. — Лаптев был «Золотым медалистом», наш смотритель — «Серебряным». У таких людей есть своя гордость. К тому же Дмитрий и впрямь невероятно силен в науках. Проучившись пять лет у такого мастера, он хочет взять первенство честно, без поддавков.

— Тогда в чем же сложность?

— В том, что на экзамен приедет сам главный смотритель, чтобы лично следить за порядком. Я не смогу «подправить» твои результаты, если что-то пойдет не так. — Городничий ободряюще улыбнулся: — Впрочем, не вешай нос. Если на бумаге ты действительно окажешься сильнее Дмитрия, я костьми лягу, но вырву для тебя победу.

— Благодарю вас, наставник, — почтительно произнес Алексей.

Время летит быстро — не успеешь оглянуться, как настал день единого государственного экзамена по всей стране. Для семей, где есть кандидаты, это событие важнее всех праздников: родственники съезжаются с подарками и напутствиями. Поскольку от рода Морозовых в этом году шло больше десяти человек, в главном поместье закатили грандиозный пир, чтобы проводить будущих ученых в путь. Само собой, торжество устроили за день до самого испытания.

В полдень четырнадцатого числа в доме Морозовых развернулось небывалое пиршество: накрыли шестнадцать столов — размах, ничуть не уступающий богатой свадьбе. Родственники и друзья съезжались один за другим, осыпая кандидатов пожеланиями блестящих успехов на завтрашнем поприще.