Книга Смерть И Пирожки для Ректора Драконьей Академии, страница 43 – Наталья Добкевич

Я рассмеялась.

— Постараюсь, Бинго. Обещаю. Держитесь там, на кухне. И следите, чтобы студенты не разнесли столовую.

— Будет сделано! — эльф вскочил и исчез за дверью так же быстро, как появился.

— Корнелий, — мысленно позвала я, когда стихли его шаги. — Ты как?

— Нормально, — отозвался лич. — Слушаю твои мысли. Ты хорошо держишься. Даже эльфов развлекаешь.

— А ты ожидал, что я буду рыдать в углу?

— Нет. Но иногда люди ломаются на ровном месте. А ты — кремень. Даже в камере, под подозрением в убийстве, с непонятным будущим — а ты шутишь, ешь пирожки, успокаиваешь эльфов.

— Спасибо за комплимент.

— Это не комплимент, это констатация факта. — Корнелий помолчал. — Агата, я всё думаю о том стражнике. Я помню его. Он правда был добр ко мне. Приносил еду, иногда разговаривал. Спрашивал, как я тут, не холодно ли, не грустно ли одному.

— Ты был личем в заточении, а он спрашивал, не грустно ли тебе?

— Странно, да? — усмехнулся Корнелий. — Но он был такой. Человечный. Для стражника — редкость. Обычно они плевались в мою сторону или читали заклинания защиты, проходя мимо. А этот... он видел во мне личность.

— И теперь он здесь. Живой. Через пятьсот лет.

— Это не просто так, Агата. Артефакт сохранил ему жизнь. Зачем? Для чего?

Я задумалась, глядя в серое небо за окном.

— Может, чтобы он рассказал нам правду?

— Может, — согласился лич. — Скоро узнаем.

Ждать пришлось недолго. Через час в коридоре раздались знакомые шаги — твёрдые, уверенные, чуть быстрее обычного.

Рейнар вошёл в камеру. Выглядел он встревоженным, но сосредоточенным. Мокрый плащ выдавал, что на улице идёт дождь.

— Одевайся, — сказал он коротко. — Идём.

— Куда? — я встала, накидывая плащ.

— В лазарет. Спасённый пришёл в себя. Лекари разрешили короткий допрос. Ты нужна мне там.

— Зачем? Я не лекарь.

— Он спрашивает о тебе. Постоянно. — Рейнар посмотрел на меня с непонятным выражением. — «Где та девушка? Которая меня нашла?» Без тебя он отказывается говорить.

Я удивилась.

— Почему?

— Не знаю. Может, ты ему приснилась. Может, магия. Но раз он хочет тебя видеть — значит, пойдёшь. Время не ждёт.

Я быстро собралась, и мы вышли.

Коридоры академии встретили нас привычной суетой. Студенты шарахались от Рейнара, преподаватели почтительно кланялись, стража вытягивалась по струнке. Я шла рядом и чувствовала на себе десятки взглядов — любопытных, подозрительных, испуганных.

— Обо мне уже знают? — тихо спросила я.

— О тебе, о спасённом, об убийствах, — кивнул Рейнар, не сбавляя шага. — Вся академия гудит. Хорошо хоть паники пока нет.

— Пока?

— Если будет ещё одна смерть — начнётся. Люди боятся того, чего не понимают. А здесь не понимают ничего.

— Ещё одна? — переспросила я. — Ты думаешь, убийца не остановится?

Рейнар посмотрел на меня долгим взглядом. В его золотых глазах плескалась усталость и тревога.

— Ты сама сказала: артефакт. Если он у убийцы, он будет использовать его. А артефакты древних требуют жертв.

— Жертв?

— Крови. Силы. Иногда — жизней. Чем сильнее артефакт, тем больше ему нужно платить.

Я похолодела.

— То есть убийства будут продолжаться?

— Если мы не остановим его. Если не найдём раньше, чем он нанесёт следующий удар.

Мы подошли к лазарету.

Лазарет академии оказался светлым, просторным помещением с высокими потолками и большими окнами, выходящими в небольшой внутренний садик. Здесь пахло травами, чистыми простынями и чем-то успокаивающим — лавандой или мятой. Вдоль стен стояли аккуратные койки, на некоторых лежали студенты с перевязанными руками или ногами — видимо, учебные травмы на боевой магии.