Книга Смерть И Пирожки для Ректора Драконьей Академии, страница 41 – Наталья Добкевич

— Кто ты? — спросила я мягко.

— Страж... я был стражем... здесь... давно...

— Кто тебя заточил?

Он зажмурился, будто пытался вспомнить.

— Тёмный... нет, не тёмный... дракон... он пришёл... забрал... артефакт...

— Какой артефакт? — подал голос Рейнар.

Человек перевёл на него взгляд. И вдруг задрожал, забился, закричал:

— Дракон! Нет! Не подходи!

Он попытался отползти, но сил не было.

— Тише, тише, — я взяла его за руку. — Это свой дракон. Он не тронет. Ты в безопасности.

Человек смотрел на меня, и в его глазах стояли слёзы.

— Он забрал... — прошептал он. — Всё забрал... Я не смог... не уберёг...

— Кто забрал?

— Не знаю... лица не видел... тьма...

Он снова потерял сознание.

Я выпрямилась и посмотрела на Рейнара.

— Артефакт, — сказала я. — Тот самый, из саркофага. Убийца его забрал. И сделал это очень давно.

— Или недавно, — возразил Рейнар. — Он сказал «забрал». Не «украл», не «взял». Забрал — значит, то, что ему принадлежало по праву?

— Или то, что он считал своим.

Мы замолчали. Каждый думал о своём.

Пришёл лекарь — пожилой маг в белой мантии. Он осмотрел спасённого, покачал головой.

— Чудо, что он жив, — сказал он. — Я заберу его в лазарет. Буду кормить, поить, ставить на ноги. Если выживет первую неделю — может, и оклемается.

— Он нужен мне для допроса, — сказал Рейнар.

— Не скоро, — отрезал лекарь. — Сначала пусть в себя придёт. Месяц, не меньше.

— Месяц?

— Если повезёт.

Человека унесли. Я осталась стоять посреди камеры, глядя на люк в полу.

— Рейнар, — сказала я. — Если он сидел там пятьсот лет... значит, артефакт существует. И он работает.

— Да.

— И если убийца его забрал... он теперь обладает огромной силой.

— Да.

— И мы не знаем, кто это.

Рейнар посмотрел на меня. В его глазах была усталость и решимость.

— Значит, будем искать.

Меня снова отвели в мою камеру. Рейнар обещал разобраться с советом и вернуться.

Я сидела на топчане и смотрела на стену. Ту самую, за которой всю ночь стучал человек.

— Корнелий, — позвала я.

— Здесь.

— Ты говорил, что он приходил к тебе. Приносил еду. Разговаривал.

— Да. Он был добр ко мне. Для стражника — необычно. Обычно они меня боялись или ненавидели. А этот... жалел. Говорил, что я тоже человек, просто неудачливый.

— И ты не знаешь, как его зовут?

— Нет. Я слышал, другие стражи называли его «старик». Хотя тогда ему было лет тридцать.

— А теперь ему пятьсот с лишним.

— Да.

Я откинулась на топчан.

— Корнелий, — сказала я. — Если артефакт может сохранять жизнь так долго... что ещё он может?

— Всё, — просто ответил лич. — Артефакты древних не знают границ. Они могут дать власть, бессмертие, силу. Или отнять всё это. Всё зависит от того, кто и как их использует.

— И убийца теперь это имеет.

— Да.

За окном светало. Новый день начинался.

Я закрыла глаза. Спать хотелось невыносимо.

Но перед глазами всё стояло лицо спасённого человека. Его мутные глаза. Его шёпот: «Ты пришла... я ждал...»

— Кого ты ждал? — прошептала я. — Меня? Или кого-то другого?

Ответа не было.

— Агата, — тихо сказал Корнелий. — Это только начало. Если артефакт у убийцы, он не остановится. Будут новые жертвы.

— Я знаю.

— И мы должны найти его раньше, чем он найдёт нас.

— Я знаю.

Я открыла глаза и посмотрела в потолок.

— Но сначала — поспать. Хотя бы час.