Книга Купчиха-детектив, страница 69 – Лара Барох

Генерал-губернатор даже указ издал, в котором на лето все городские бани закрывались. Этакая пожарная безопасность. У кого не было своей бани, а это восемьдесят процентов населения, мылись в печах. То еще испытание, но за неимением иного люди смирялись.

А тут пожар! Да еще в моем квартале. А у меня же фабрика в доме, и в ней склад тканей.

Мысли метались в голове, я прикрикнула на извозчика, чтобы погонял лошадей, но движение, напротив, замедлилось. Хаотичное движение людей, подвоз бочек с водой — все это преградило нам путь. Дни стояли, как на грех, жаркие, дождя уже неделю не было. Старожилы шептались, что не к добру это, и вот накаркали…

Я выскочила из пролетки и без оглядки кинулась в сторону дома. Господи, убереги! Я только начала разворачивать дело, появились первые, по-настоящему хорошие деньги, только не сейчас, Господи!

Но молитвы не помогли. Едва я свернула во двор, из моей груди вырвался крик. Тушили мой дом. Горело в центральной части, там, где гостиная и кухня. Слева располагалась фабрика, справа — женская половина.

К дому не подступиться, повсюду снуют мои работники и соседи, кто заливает огонь водой, другие закидывают землей. Из окон фабрики прямо на улицу выкидывают тюки с тканью. На земле ее подхватывают и оттаскивают на другой конец двора. Истошно вопят женщины и лошади.

Я рванула было к дому, но Иван ухватил меня за руку:

— Куда? Там и без тебя справятся. Не мешайся.

— А ну, отпусти!

Я развернулась к нему со звериным оскалом. В тот момент совсем не владела собой. Лиза, старухи, деньги — беда оглушила, накрыла меня с головой.

Но Иван лишь крепче перехватил мою руку.

— Смотри, твои! — показал он в сторону, где на подушках сидела чумазая Лиза, ее прижимала к себе Наська, и возле них билась в истерике Дуся. Слава Богу, живы! А где нянька, кухарка?

Иван подтолкнул меня к ним, а сам рванул к горящему дому. Я в нерешительности вертела головой — куда мне? К родным или тушить пожар? Но Иван сразу начал организовывать людей. Расчистил проход, чтобы можно было подогнать телегу с водой. Выкрикнул, чтобы люди становились цепочкой и передавали ведра от колодца к дому друг другу, а не носили каждый по ведру. И суматоха начала стихать. Определенно, Иван на своем месте. Но что же с моими?

Я подошла на подгибающихся ногах к своим, первым делом обняла и прижала к себе дочь. Наська осталась сидеть как истукан, не отрывая взгляда от огня. Лиза смотрела на пожар немигающим взглядом, широко раскрытыми глазами, и только оказавшись у меня на руках, вцепилась в меня и громко разревелась.

Тут же в ноги мне кинулась старуха:

— Виновата я перед тобой, не досмотрела! — она горько выла и, буквально распластавшись на земле, обхватила мои ступни.

— Где остальные? — шепотом спросила я у нее, потому что горло словно сдавило тугим обручем, даже дышала я через раз.

— Феня головни выгребала из печи, да, видно, не доглядела, а как спохватилась, огонь уже на половики перекинулся. Зина схватила Лизу и выволокла сюда. Потом начала добро вытаскивать, — показала на подушки старуха. — Ушла в дом и не вернулась. Обе с Феней там и сгинули.

Меня пригвоздило к земле. Слез в тот момент не было, я только крепче прижимала Лизу и смотрела, как борются люди с огнем. Что нужно делать в этих случаях? Бежать и руководить? Здесь Иван прав, я больше суеты наведу, чем помощи.