Книга Купчиха-детектив, страница 65 – Лара Барох

Столичный дом на поверку оказался превосходным особняком, искусно украшенным лепниной, позолотой, росписью потолков, с прекрасными шпалерами на стенах и со множеством картин. Мне не доводилось до этого случая бывать в домах людей высшего света, поэтому и сравнить не с чем, но здесь все кричало о достатке хозяина, и это при том, что князь, насколько я поняла, в этом доме постоянно не жил. Но, по всей видимости, статус обязывал.

На этом моменте я позавидовала… себе. Как хорошо, что, являясь купчихой, я освобождена от подобных колоссальных трат. Мало ведь выстроить, оборудовать, так ведь еще и содержать нужно. А прибирать-то как сложно!

— Авдотья Никифоровна, ну почему вы не послали письмо о своем благополучном приезде в Москву? Я крепко ругал себя, что впопыхах не удосужился узнать ваш адрес, да и сокрушался, что не проводил вас до Москвы. Прошу меня простить.

Хозяин дома встретил нас с Иваном в бордовой гостиной. Полы устланы дорогим ковром с высоким ворсом. На двух противоположных стенах во всю ширину шпалеры с изображением древнегреческих сценок. Предварительная их цена — мой годовой доход, а если это гобелены, то есть произведенные на фабрике знаменитых на весь мир братьев, то стоимость их приближается к стоимости моего московского дома.

Вдоль стен низкие диванчики с гнутыми ножками, обтянутые дорогим бархатом, повсюду множество свечей, изразцовая печь — я о таких только слышала, они начинали входить в моду.

Одним словом, не дом, а кричащее богатство.

— Не стоит беспокоиться, ваша светлость, — присела я в приветствии. — Добралась весьма благополучно и вскорости принялась за работу.

Затем представила Ивана, не забыв как бы невзначай обмолвиться, что мы с ним единственные, кто получили Гран-при на московской выставке.

Но князь не проявил интереса к Ивану и даже, как мне показалось, поприветствовал его чересчур сухо. Зато вовсю интересовался моими делами. Что привело меня в столицу? Как давно я здесь? И, в целом, какие у меня новости?

Вот тут я не сдержалась и выпалила последние новости: дескать, случайно познакомилась с ювелиром Ониксом Францевичем, а он поведал о своем давешнем знакомстве с московским художником Ониксом.

— Неужели вы вышли на след? — искренне восхитился князь. — Я потратил целое состояние, чтобы провести расследование в Новгороде. Как и обещал, выписал из столицы лучших сыщиков, сам, как видите, по горячим следам примчался в столицу — и все без толку, ни одного следа не нащупал.

Потом, за ужином, он в подробностях рассказывал, что власти ничего не предпринимают, а напротив, как ему кажется, пытаются спустить дело на тормозах. Дескать, закончились убийства, и Господь с ними.

— А они действительно закончились? — удивилась я.

— У меня в галерее хранится четыре картины и пятая, полученная недавно. Так вот, со слов полицейских, убийств с камнями было четыре. После этого все затихло.

Князь даже картины возил в полицию, и те из полицейских, кто был на месте убийств, подтвердили, что тела нашли именно в этих позах.

— Сплошное попустительство, — наигранно притворно гневался князь, оценивая работу городских ведомств.

Затем плавно перешли к моим намерениям, и я подтвердила, что мы с Иваном непременно исполним задуманное: пройдемся по московским галереям и соберем сведения об этом загадочном художнике.