Книга Купчиха-детектив, страница 109 – Лара Барох

Я прекрасно понимала, что спасла их всех от бесчестия, а в Российской империи это было самым важным для людей. Сложно представить, как бы повернулась судьба Новгорода, осуществи князь свои намерения. А остановила его я.

Полицейские с градоначальником масляно улыбались, желали мне скорейшего выздоровления и благодарили. В какой-то момент спросили, чем они могут отплатить мне за спасенную честь города.

Тут уж я не растерялась.

— Хочу иметь постоянное место на ярмарке. В самом центре, где пересекаются все дорожки. Хочу, чтобы место было большое, на четыре прилавка. Также хочу, чтобы это место закрепили за моим родом навечно. Это первое.

У власть имущих челюсти буквально стукнулись об пол, а я продолжала:

— Хочу, чтобы мне отдали галерею князя. В ней я устрою свой магазин.

Уж больно хорошее место, проходное, в самом центре. А что касается картин и прочего… Все сожгу, позову батюшку, чтобы освятил оскверненное место, да и стану торговать.

— Сударыня, видите ли, сложность заключается в том, что местами на ярмарке ведают гильдии, и мы не имеем на них управы.

Власть имущие переминались с ног на ногу, а я видела, как в очередной раз врут новгородцы.

— А галерея князя Буржуа наверняка отойдет Его императорскому величеству. Здесь, уж простите… — развели они руками. — Может быть, возьмете деньгами?

— Деньги у меня есть. И ничего другого мне не надо. Уходите.

Невежливо? Возможно. Но я же купчиха и прекрасно умею торговаться, а с кем, значения не имеет.

— Я тобой восхищаюсь!

Едва за ними закрылась дверь, Иван выразил мне свое почтение. Потом набрал в грудь воздуха и заявил:

— Прошу, выходи за меня замуж. Никто другой мне не нужен.

Хорошо, что я лежала, а то бы не устояла на ногах.

— У меня траур. Да и у тебя.

— Это единственное препятствие? — лукаво усмехнулся Иван.

— Да.

Руководство города ходило ко мне неделю, каждый день. «Накидывали» варианты вознаграждения. Я же была неумолима: хочу место на ярмарке и галерею. Точка.

Еще через неделю прибыли столичные дознаватели, и им я в подробностях рассказала все предшествующие обстоятельства и историю князя, добавив, что знаю ее только с его слов.

— Доказательств у меня нет, — опустила я глаза в конце. — Только мое честное имя.

— Преступник сам во всем признался. Ваши слова лишь подтверждают его вину. Мы будем ходатайствовать о награждении вас как спасительницы государя императора.

— Премного благодарю. Но, может, лучше поспособствуете, чтобы мне дали место на ярмарке и отдали галерею князя. Я все же купчиха, а не герой.

При нашем разговоре присутствовал градоначальник. Когда столичные перевели на него вопросительные взгляды, он покрылся испариной.

— Все сделаем. Честью клянусь.

Только таким образом мне удалось прорубить окно в Новгород.

— Душа моя! Как же я соскучился!

Иван, едва переступив порог нашего дома, подхватил меня на руки и закружил. На шум сбежались Лиза, Алешка, Степан, Гришка. Сашку принесла на руках няня. Его нарекли в честь императора-освободителя, кому я спасла жизнь. Правда, не успели мы вернуться в Москву, как пришла печальная новость: государь скоропостижно скончался в Таганроге.

Следом последовало восстание декабристов, казнь, суд, ссылка в Сибирь и подвиг их жен, отказавшихся от всего и последовавших за мужьями.