Книга Муза Паганини. Скрипач от дьявола, страница 85 – Сина Беервальд

Софи сглотнула, услышав, с какой лёгкостью дочь произносит это. Что теперь делать? Как реагировать? Одно она понимала точно: удерживать Катерину бесполезно – это лишь усугубит ситуацию. А может, и правда будет лучше, если дочь проведёт время у крёстных? Там она не будет на каждом шагу вспоминать об отце. Возможно, Катерина инстинктивно выбрала верный путь, чтобы справиться с пережитым.

В глубине души Софи и самой хотелось убежать – уехать куда-нибудь, где можно перевести дух. Она не могла винить дочь за этот порыв: у крёстных Катерине всегда было хорошо, особенно с Флорентиной, которая, не имея своих детей, души не чаяла в крестнице. Правда, в последние годы общение почти прекратилось из-за ухудшающегося состояния Пауля.

Софи взглянула на сына. Он кивнул – видимо, подумав о том же, что и она. Нужно переступить через себя и отпустить дочь, но сделать это сейчас было нелегко. Вместо того чтобы позволить Катерине уйти со скандалом, лучше самой проводить её к крёстным. А ещё лучше – встретиться с Петером и обсудить сроки этого визита.

— Хорошо, Катерина. Я пойду с тобой, возьмём фиакр…

— Нет! – резко оборвала её дочь. – Это всего десять минут пешком! Я уже не ребёнок!

С этими словами она выскользнула из мастерской, и через мгновение дверь громко захлопнулась.

— Постой!

Но сын удержал Софи.

— Не надо, – тихо сказал он, касаясь её руки. – Катерина знает, куда идти. Так будет лучше.

— Конечно… Она знает, – прошептала Софи, и слёзы снова покатились по её щекам.

Пять дней спустя, 4 июня 1828 года

Сначала Софи была против того, чтобы Кристиан навещал сестру у дяди с тётей – Катерина ни в коем случае не должна была почувствовать, что её вынуждают вернуться домой. Однако Кристиан поклялся на чём свет стоит, что ни словом не намекнёт об этом, и теперь она даже рада, что он сыграет роль разведчика и она узнает, как поживает её дочь.

Задумчиво взяв в руки уже готовую верхнюю деку скрипки, она проверила пальцами плавность изгибов, убеждаясь в последний раз, что обработка скребком выполнена безупречно. Кристиан проделал прекрасную подготовительную работу с нижней декой и, кажется, начал понимать, насколько это искусство требует мастерства.

Её пальцы значили для неё больше, чем глаза, – ими она чувствовала малейшую шероховатость. Конечно, так было не всегда: искусство создания скрипок требовало терпения, долгих тренировок и мудрого наставника, который видел сильные и слабые стороны ученика, терпеливо указывал на ошибки и учил их избегать. В этом отношении она была благодарна своему мужу. Он был слишком скуп, чтобы нанимать подмастерье, и вместо этого посвятил её в тайны ремесла. И тогда он проявлял ангельское терпение – пока в его жизнь не вошёл алкоголь.

Моргнув, она отогнала эти мысли – сейчас нельзя отвлекаться на дурные воспоминания, нужно сосредоточиться.

Сегодня скрипка должна была обрести своё «лицо».

Разметка и вырезание эфов – звуковых отверстий, придающих инструменту акустическую силу, – требовали особой точности. Малейшая ошибка, и дека будет испорчена, придётся делать новую. Эфы были окнами в душу скрипки: именно через них изливается звук, наполняющий зал волшебными мелодиями, рассказывающий страстные истории, понятные лишь тем, у кого есть уши и душа, чтобы услышать.