Книга Белый шторм Спасение на Монблане, страница 21 – Мадина Вестчестер

— Спасатели будут искать нас, – сказал он, стараясь звучать увереннее, чем чувствовал. – Они знают наш маршрут.

Он достал из внутреннего кармана маленький диктофон – подарок Луисы перед отъездом. "Чтобы записывать свои приключения, папа!" – смеялась она тогда. Теперь этот прибор мог стать их последней связью с внешним миром.

— Записывай, – сказал Алехандро, протягивая диктофон Эйвинду. – На всякий случай.

Норвежец кивнул, и Алехандро нажал кнопку записи.

— Первый день, – начал он, стараясь говорить четко. – Мы оказались в ловушке после схода лавины в северном секторе Монблана. Приблизительные координаты… – он замолчал, вспоминая карту, – 45 градусов 50 минут северной широты, 6 градусов 55 минут восточной долготы. Эйвинд травмирован – возможно, перелом или вывих левой руки. Температура падает.

Он выключил запись, и тишина снова сомкнулась вокруг них, нарушаемая только их прерывистым дыханием и редкими каплями тающего льда, падающими с потолка.

— Как думаешь, они нас найдут? – спросил Эйвинд, сжимая травмированную руку.

Алехандро посмотрел на часы – 16:23. До наступления ночи в горах оставалось несколько часов.

— У них есть наши маршрутные листы, – ответил он. – Они знают, куда мы направлялись.

Он достал из рюкзака небольшой термос. Крышка была помята, но чудом не пробита. Остатки чая с лимоном, уже остывшие, но все еще ароматные, показались им нектаром богов. Они разделили напиток поровну, смакуя каждый глоток, ощущая, как тепло медленно растекается по телу.

— Нам нужно сохранять тепло, – сказал Алехандро, начиная вытаскивать из рюкзака все, что могло служить утеплителем. Запасные носки, шерстяной шарф, даже карты и блокноты – все шло в ход.

Эйвинд вдруг засмеялся – странный, нервный смех, отдававший легкой истерикой.

— Представь, если бы мы сейчас были дома, – сказал он. – Я бы сидел у камина с кружкой глинтвейна, а ты…

— А я бы ругал Луису за разбросанные по всей комнате игрушки, – улыбнулся Алехандро.

Они устроились спиной к спине, стараясь максимально сохранить тепло тела. Фонарь пришлось выключить – беречь батарейки. Темнота снова поглотила их, теперь уже окончательно.

— Знаешь, о чем я думаю? – голос Эйвинда прозвучал совсем рядом. – О том, что мы так и не нашли ответов. О Магнусе. О всех тех, кто пропал здесь до нас.

Алехандро молчал. Где-то в глубине пещеры снова раздался скрип – будто лед продолжал двигаться, медленно, неумолимо.

— Сейчас главное – выжить, – наконец сказал он. – Ответы… они подождут.

Снаружи, за многометровой толщей снега, начинала разыгрываться снежная буря. Но здесь, в ледяной ловушке, было почти тихо – только их дыхание, редкие капли воды и этот странный, навязчивый скрип льда.

Алехандро щёлкнул диктофоном, и в тишине пещеры раздался характерный писк начала записи. Он поднёс устройство ближе к лицу, чувствуя, как холодный металл корпуса прилипает к губам.

"Шестнадцать часов сорок семь минут. Температура… –он посмотрел на термометр, прикреплённый к рюкзаку, – около минус десяти. Эйвинд повредил левое плечо, возможно вывих."Голос его звучал странно громко в замкнутом пространстве. "Запасы: две бутылки воды, немного шоколада и орехов. Воздух…" Он сделал глубокий вдох, и его лицо на мгновение исказила гримаса,"пахнет снегом, металлом и… чем-то ещё. Может, это мои потные носки после восхождения?"