Книга Дракон из черного стекла, страница 218 – Джим Чайковски

Внезапно это давление резко спало, отчего у него перехватило дыхание.

Фигура Элигора перед ним, перед всеми остальными, вдруг резко полыхнула ослепительной вспышкой – пылающим солнцем, рожденным из бронзы. Врит даже заслонился от этого нестерпимого сияния рукой, готовый поклясться, что видит просвечивающие сквозь собственную плоть кости.

В центре этого солнца вырисовывалась темная фигура бога.

Один из Сребростражей схватил Микейна и закрыл короля своим телом.

Мрамор пошел трещинами от жара. Железные перила балкона расплавились, причудливо изогнувшись. Из облаков вырвались было молнии, ударяя в эту скверну, рождающуюся внизу, словно пытаясь уничтожить ее. Но каждая из молний лишь бессильно гасла, достигнув этого огненного солнца, оставляя после себя лишь раскаты грома, сотрясающие балкон. Врит невольно упал на колени.

И все же широко раскрытыми глазами смотрел на это зрелище, навеки запечатлевая его в своей памяти.

А затем, еще через несколько мгновений, все вдруг прекратилось само собой – вся эта энергия обрушилась в черный колодец, который представляло собой темное тело Креста. Сияние померкло, и в центре разрушенного балкона осталась стоять лишь все та же бронзовая фигура. Элигор все еще светился, словно затухающий уголек, но вскоре потускнел окончательно.

Едва поднявшись с пола, Бкаррин кинулся подбирать плащ, брошенный одним из тех, кто ударился в бегство, и накинул его на плечи Элигора, поскольку его мантия сгорела дотла. А потом повел бронзовую фигуру прочь. Крест едва переставлял словно налившиеся свинцом ноги, но все еще держался прямо, что свидетельствовало о его заметно выросшей мощи.

Когда оба скрылись за дверями, Микейн опять подошел к перилам, стараясь держаться подальше от того места, где только что стоял Элигор, которое по-прежнему излучало сильный жар. Железные перила тускло светились, раскаленные докрасна.

Король поднял руку, обращаясь к толпе, которая отшатнулась при рождении нового солнца. Словно по этому сигналу, густые тучи разродились проливным дождем. Горячий мрамор и раскаленное железо окутали клубы пара.

— Засвидетельствуйте же это чудо – вы, немногие избранные! Разнесите весть об этом Новом Рассвете! О благословении богов, снизошедшем на наше королевство!

В ответ снизу донеслись крики, благоговейный страх в которых смешался с ликованием и восторгом.

Пока Микейн продолжал свое выступление, Врит повернулся к дверям, за которыми исчез Элигор. Торин, судя по всему, перехватил взгляд Исповедника и подошел ближе. Вид у капитана был совершенно растерянным, взгляд – затравленным. Схватив Врита за руку, он сильно сжал ее – не с намерением причинить боль, а лишь в отчаянии.

— Что за демона ты бросил к ногам короля?

Врит знал, что достойный капитан заслуживает честного ответа.

— Ты все неправильно понял, Сребростраж. Скорее наоборот. Боюсь, что как раз короля я бросил к ногам этого демона…

Прежде чем Торин успел ответить, в двери ворвались пятеро гвардейцев. Их предводитель огляделся по сторонам, заметил среди оставшихся верховного военачальника и бросился к нему.

— Сир! – Гвардеец вытянул вперед кулак, в котором было зажато несколько крошечных свитков. – Вести с наших южных аванпостов! Принесенные целой тучей ворон. Многие из них еще на подлете.