Книга Барышня-попаданка. Лайфхаки из 21 века, страница 27 – Вивьен Ламур

Я покачала головой и продолжила читать:

«Простите, что долго не писал. Дорога заняла время, а первые дни в имении были хлопотными. Теперь же, когда немного устроился, спешу поделиться новостями ».

Он описывал свое имение: дом крепкий, но крыша кое-где протекает, в комнатах сырость, занавески выцвели, сад зарос. Староста присматривал исправно, но без хозяйки трудно. Мыши в амбаре почти перевелись: полынь подействовала отлично. Солевые ванночки он делает каждую неделю, нога болит меньше, и он благодарен за заботу.

Я отложила письмо на колени и задумалась. «Без хозяйки трудно», — повторила я про себя. Представила его одного в большом, запущенном доме, где сырость и заросший сад. Каково ему там? И хоть он и справляется, но в каждой строчке чувствуется, что он жалеет, что меня нет рядом. Сердце сжалось от неожиданной теплоты и какой-то щемящей грусти.

«Эх, Дмитрий Сергеевич, — подумала я, — если бы я могла, приехала бы и мигом навела порядок». Но вслух, конечно, этого не скажешь.

Я вздохнула и снова взялась за письмо. Потом шли строки, от которых у меня перехватило дыхание:

«Как жаль, что вас здесь нет, Катерина Петровна. Вы бы сразу подсказали, как лучше разобрать завалы в кладовой. Помню, как вы в погребе у дядюшки порядок наводили. До сих пор диву даюсь. Если бы вы увидели мои комнаты, то наверняка нашли бы десяток вещей, которые надо поправить ».

Я перечитала эти слова несколько раз. И вдруг почувствовала, как жар заливает щеки, а в груди становится тесно: не от духоты летнего утра, а от того, что прочитала. Эмоции зашкалили, как у молодой девчонки, кем я теперь и была. Но даже сознание Лидии Павловны, повидавшее на своем веку немало, дрогнуло от этих простых, таких теплых слов.

Нужно выйти, проветриться.

Захватила чернильницу, перо, бумагу и письмо Дмитрия. В глубине сада, в старой беседке, увитой диким виноградом, было тихо и свежо.

Я разложила принадлежности, снова перечитала его письмо и начала писать ответ.

«Дмитрий Сергеевич , — писала я. —Я очень рада, что вы добрались благополучно, и что мои советы пригодились. А теперь я хочу подсказать вам еще кое-что, потому что сырость в доме — дело нешуточное ».

Я отложила перо, собираясь с мыслями, потом продолжила:

«Первое, что нужно сделать, поставить в самых сырых углах емкости с негашеной известью. Она, как губка, вытянет из воздуха лишнюю влагу и заодно уничтожит споры плесени. После ее можно будет использовать для побелки.

Также советую рассыпать в комнатах древесный уголь в мешочках: он хорошо впитывает сырость. А в самых проблемных местах можно поставить мешок с простой каменной солью на подставке над ведром: влага будет стекать, и соль дольше останется сухой, собирая и дальше в себя сырость.

И последнее, самое главное. Я знаю, сейчас лето, и топить печь в такую пору непривычно. Но для просушки дома это необходимо сделать хотя бы раз, и чем скорее, тем лучше: один раз протопить, чем потом всю осень и зиму бороться с сыростью и плесенью.

Когда протопите печь, откройте настежь все окна и двери и дайте дому хорошенько проветриться. А если бросить на горячие угли немного уксуса, то едкий дым продезинфицирует все щели. Если же плесень уже появилась на стенах сейчас, ее надо счистить и промыть уксусом. Это старые, верные средства ».