Книга Попаданка-Акушерка: на Службе у Князя!, страница 100 – Инесса Голд

— Вам нельзя идти, - сказал Игнат за моей спиной.

— Это уже говорили.

— Значит, повторю умнее: вы будете мешать.

Я остановилась и повернулась к нему. Игнат был ранен в висок, тонкая дорожка крови шла по щеке к воротнику, но держался он прямо.

— В старой библиотеке за третьим шкафом справа стоит сейф с копиями гроссбуха. В самом гроссбухе есть шифрованная вкладка, которую Зоя прятала не в переплете, а под наклеенной форзацной бумагой. Лязгов знает про книгу, но не знает, что часть имен перенесена в отдельный лист с аптекарскими счетами. Если он найдет только очевидное, князь получит половину доказательств. Если найдет все - сможет торговаться с любым министром.

Игнат посмотрел на Мстислава.

— Она идет, - сказал князь.

Больше начальник охраны не спорил.

Книжный ход начинался за узкой дверью, замаскированной под панель с резным орнаментом. Мстислав открыл ее без поисков, будто дом был не зданием, а продолжением его памяти. За панелью тянулся тесный проход. Воздух там стоял сухой, пыльный, с запахом мышиного помета и старой бумаги.

Я шла второй. Мстислав впереди держал револьвер низко, фонарь в другой руке. Его белая рубашка в темных пятнах казалась почти неприлично яркой в этом грязном коридоре. Серебряная цепочка карманных часов пересекала жилет тонкой светлой линией. Странно, что я заметила именно ее. В такие минуты мозг цепляется за мелочи, чтобы не смотреть на главное.

— Сколько у вас патронов? - спросила я.

— Достаточно.

— Это не число.

— Два в этом барабане. Еще один револьвер у Игната.

— То есть недостаточно.

— Для Лязгова хватит.

Мы вышли в библиотеку через низкую дверцу за лестницей для каталогов.

Старая библиотека Патроновых занимала два этажа. Высокие стеллажи поднимались к темному потолку, галерея второго яруса шла вдоль стен, а в центре стоял большой стол с зеленым сукном, заваленный коробами, папками и книгами, которые кто-то уже успел сорвать с полок. Одна лампа горела на полу, брошенная набок. Ее свет резал пространство снизу, превращая ножки стола и лестниц в длинные, ломкие тени.

Лязгов был там.

Не один. Рядом с ним стоял человек в форме жандарма, но форма сидела плохо, а сапоги были слишком новыми для ночной службы. Проводник. Предатель. У Лязгова в руке была папка, у проводника - револьвер.

Демид Лязгов повернулся к нам без испуга. Он был мокрый, серый, с прилипшими к вискам волосами, но улыбался так, словно мы встретились не среди смерти, а на скучном приеме.

— Мстислав Андреевич, - произнес он. - Вы все-таки оставили сестру. Я недооценил вашу способность расставлять приоритеты.

Князь поднял револьвер.

— Папку на стол.

— Выстрелите? - Лязгов чуть наклонил голову. - В собственной библиотеке? В человека, который знает, куда ушли копии ваших семейных тайн?

— Копии уже перехвачены.

Это был блеф. Я поняла по тому, как едва заметно напряглась кисть Мстислава. Лязгов тоже понял.

— Нет, - мягко сказал он. - Не все. Зоя была умной мерзавкой. Жаль, что умерла. С ней было приятно иметь дело, пока она не начала путать шантаж с независимостью.

Я сделала шаг вперед.

— Зоя была наркоманкой, шарлатанкой и шантажисткой. Но даже она оказалась умнее вас: самые важные имена она писала не там, где вы ищете.

Его взгляд перешел на меня.

Вот теперь улыбка стала настоящей. Неприятной.