Книга Прошу спасти, или Барс для Колючки, страница 170 – Рика Лав

Ася вздрогнула, глаза распахнулись — янтарные, бездонные, наполненные таким хаосом страха, стыда и мольбы, что мне захотелось слабовольно закрыть их ладонями, чтобы не видеть этой муки. Губы дрогнули, пытаясь сложиться в слова, но из горла её вырвался только сдавленный звук, похожий на предсмертный хрип раненого зверя.

Я не знал как облегчить ей правду, но чувствовал себя последней скотиной, заставляя ее говорить.

— Я… я не… это не игра… — слова вылетали обрывками, спотыкаясь друг о друга, и Ася снова закрыла лицо руками в бессильном стыде. Плечи её затряслись мелкой, неконтролируемой дрожью.

Я не выдержал. Я просто мужчина! Могу пройти что угодно, выстоять и не разбиться. Но видеть как одиноко сжимается ее фигура передо мной — было выше моих сил.

Я притянул Асю к себе, обхватив одной рукой за талю, другой прижимая её голову к своему плечу. Она вжалась в меня всем телом, и эта её податливость была страшнее любой борьбы до этого.

— Дыши, маленька, — приказал я. — Просто дыши, родная. Вдох-выдох. Я никуда не уйду, я с тобой. Ты в безопасности, со мной ты в безопасности.

Я водил ладонью по её спине большими кругами. Сейчас здесь, в моих руках, была Ася. Хрупкая, разбитая, и отчаянно нуждающаяся в том, чтобы её держали.

Минуты тянулись, наполненные лишь звуком нашего дыхания и тихими всхлипами, которые постепенно стихали. Дрожь в её теле не уходила, но становилась реже, превращаясь в отдельные судороги.

Когда дыхание Аси наконец выровнялось, превратившись из рваных всхлипов в более спокойные, хотя всё ещё прерывистые вздохи, я осторожно отстранил её, продолжая удерживать за плечи. Пальцы непроизвольно сжались сильнее, будто инстинкт предупреждал, что если отпущу сейчас, она ускользнёт навсегда, растворится в той тьме, что клубилась в её глазах.

Я заглянул ей в лицо, пытаясь поймать взгляд, найти там хоть крупицу той Аси, которая ещё несколько часов назад стонала подо мной, доверчиво отдаваясь ощущениям.

— Ася, — голос мой выдавал напряжение, которое скручивало каждую мышцу. — Ася, что случилось с тобой?

Она дёрнулась, пытаясь отвести взгляд, спрятаться за той привычной маской, которую носила как броню, но я мягко, настойчиво повернул её лицо к себе, ладонь легла на щёку, большой палец невольно погладил скулу.

— В прошлом, — продолжил я, подбирая слова как сапёр, разминирующий бомбу, зная, что одно неверное касание может взорвать всё к чёртовой матери. — Должно быть с тобой что-то случилось. Что-то настолько страшное, что заставило тебя… — я запнулся, сглотнул ком в горле, — поверить, что ты недостойна чего-то.

Я знал. Где-то в глубине подсознания я всегда чувствовал, что за её колючками, за этим показным цинизмом прячется какой-то страх. Но произносить это вслух…

Её губы задрожали так сильно, что она снова впилась в нижнюю зубами, и это движение ударило по нервам, заставило сжаться что-то в солнечном сплетении. Ещё недавно она делала это, сгорая от страсти в моих руках, а теперь…

— Не прячься, — попросил я, в моём голосе прорвалось отчаяние, которое не удалось скрыть. — Пожалуйста, Ася. Дай мне шанс понять тебя. Дай мне узнать, чего ты боишься, чтобы я смог обойти это стороной, чтобы никогда не причинить тебе ту же боль. Потому что идея о том, что я могу сделать тебе больно по незнанию, невыносима для меня.