Книга Убить буржуев, страница 76 – Сандроне Дациери

— Не будьте так импульсивны… Вы взрослая женщина.

— Я не могу работать с теми, кому не доверяю. Знаю, в вашем мире это обычное дело, но в моем мире довериться не тому человеку – непозволительная роскошь, – отвечает Коломба, вставая.

Она уходит, не забыв предоставить Сермонти платить.

Данте спит мало, но сегодня ночью он не спал вообще. Он дожидался возвращения Коломбы, зная, что она не вернется. Около четырех утра он задремал, но мгновенно проснулся от шума хлопнувшей двери подъезда. Коломба вечно забывает ее придержать, а потом удирает вверх по лестнице, чтобы не увидели соседи. Но это был то ли ветер, то ли другая дверь. Усталый, но встревоженный, в шесть утра Данте встает. Столбик его внутреннего термометра зашкаливает, и он не может опустить его никакими дозами бензодиазепинов, алкоголя, кофеина и табака.

Поэтому он звонит Барт в надежде, что та еще дома и захочет поболтать, но застает ее в институтской прозекторской за работой над выловленным из моря трупом, личность которого она пытается установить.

— В такую рань? – удивляется Данте.

— Эту работу я выполняю как волонтер. Если я не буду делать ее рано утром или в два часа ночи, у меня вообще не хватит времени.

Барт разговаривает с ним через гарнитуру, чтобы не прикасаться к мобильнику грязными руками, и на заднем плане Данте слышит звуки инструментов, которыми она препарирует мертвую плоть.

— Ты что-то пилишь? – спрашивает он.

— Вскрываю черепную коробку.

— Ладно, проехали, – говорит Данте.

Он уже притерпелся к подобным откровениям подруги, но и удовольствия они ему не доставляют.

— Ты чего такой унылый?

— Коломба не пришла ночевать.

— Ну, она ведь не всегда ночует у тебя.

— Да, но, по-моему, у себя дома она тоже не ночевала.

— И тебя это огорчает.

— «Огорчение» – неподходящее слово. Похоже скорее на сочетание боли в животе со ступором, – вздыхает Данте. – Ревность – ужасная штука, мне за себя стыдно. Но мои чувства как будто зажили собственной жизнью.

— По-моему, это нормально.

— Только не для меня. Я всегда держу их под контролем. Кроме как с ней.

— Как странно…

— Что?

— В смысле «что»? Ты в нее влюблен, это видно за километр!

— Я не влюблен. Просто она мне очень дорога, и, когда ее нет рядом, я скучаю.

Барт извлекает мозг из черепной коробки и взвешивает его.

— Данте, если вы не вместе, у нее всегда будут с кем-то более значимые отношения, чем с тобой.

— То есть чтобы иметь близкие отношения, обязательно нужно обручиться?

— Чтобы они были такими, как ты хочешь, – да. И к тому же вы ведь уже пробовали быть вместе, верно?

— Не физически.

Барт чуть не роняет мозг, как Игорь в «Молодом Франкенштейне».

— Вы ни разу не переспали? Даже в круизе?

— Особенно в круизе. Это была катастрофа, когда-нибудь я тебе расскажу.

— Я заметила, что Коломба тоже не настроена это обсуждать… Правильно ли я понимаю, что ты к ней подкатил, а она тебя отшила?

— В этом не было необходимости. Я слишком хорошо знаю ее и язык ее тела. Я бы ни за что не поставил ее в неловкое положение своими, как ты выражаешься, подкатами. В том числе потому, что, как мне кажется, она бы согласилась заняться со мной сексом.

— Разве ты не этого хочешь?

— Я не хочу, чтобы она согласилась, я хочу, чтобы она сама этого хотела, а не просто уступала, чтобы доставить мне удовольствие.