Книга Убить буржуев, страница 111 – Сандроне Дациери

— Буржуи сраные! – кричит один из них, сложив из пальцев пистолет.

— Это происходит сплошь и рядом, – поясняет их водитель. – В последнее время те, у кого дорогие автомобили, предпочитают держать их в гараже, опасаясь вандализма.

Фернанда не настолько ревностно печется о безопасности своего особняка: она ограничивается всего двумя охранниками и вездесущими камерами. Прислуга также сокращена до минимума и состоит из одной-единственной горничной без формы, которая провожает их по светлому, благоухающему цветами коридору в главную гостиную. В этой комнате, увешанной полотнами латиноамериканских художников и обставленной мебелью светлого дерева, на Гленна с лаем и визгом напрыгивают два пуделя, после чего, скача на задних лапах, пытаются лизнуть в лицо Коломбу. Оба они белые и мохнатые, и у обоих вокруг правого глаза по черному пятну. «Полные близнецы», – думает Коломба. К ее удивлению, Гленн с недовольным видом отгоняет их, хотя она точно знает, что он любит собак.

Фернанда утихомиривает пуделей и поручает их заботам горничной, а затем обнимает Гленна и пожимает руку Коломбе. Это крупная седовласая женщина в зеленом шелковом балахоне и с босыми ногами. Гленн сказал Коломбе, что его матери недавно исполнилось семьдесят два года, но подтяжка лица разгладила все ее морщины и подняла уголки глаз.

— Вы говорите по-французски? – спрашивает она Коломбу.

— Плохо. Приятно познакомиться, синьора. Соболезную вашей утрате.

— Спасибо. Я немного говорю по-итальянски. – Она поглаживает сына по щеке. – Ты загорел, вы оба загорели. Вы вместе отдыхали?

— Нет, мама. Мы встретились только сегодня, – отвечает Гленн, покрывшись холодным потом.

— Располагайтесь, Каселли, – предлагает Фернанда, присаживаясь на белую оттоманку. Коломба садится в кресло. – Гленн рассказал мне обо всем, что вы сделали для нашего Хесуса и всех остальных. Если хотя бы половина из этого правда, вы необыкновенная женщина, – говорит она на смеси французского, итальянского и португальского, к которой Коломба быстро приспосабливается.

Когда одна из них не понимает какое-то слово, Гленн выступает переводчиком, но его помощь почти не требуется.

— Я работала только в тылу – по мере возможности собирала информацию и предоставляла ее следователям, – говорит Коломба.

— Она скромничает, мама. Если бы не она, Корнеа никогда бы не нашли, – вмешивается Гленн.

— Я всего лишь ускорила процесс. Но многое еще предстоит выяснить.

— Главное, что он мертв. Каждую ночь перед сном я представляю, как он жарится в аду, где будет вечно расплачиваться за то, что сотворил. Я бы и сама отправилась в ад, лишь бы увидеть, как он страдает. – На глаза Фернанды наворачиваются слезы, но она сдерживается. – Мой сын был великим человеком. Он спас нашу семью от нищеты, помог сотням людей. Тысячам. А какой-то жалкий подлец отнял его у меня только потому, что ему завидовал. Потому что не добился такого успеха в жизни.

Коломба ждет, когда Фернанда успокоится.

— Однако нам все еще предстоит найти всех его сообщников. Кто-то снабдил Корнеа информацией о вашем сыне и других жертвах. Помог обойти охрану, сигнализацию… повредить криосауну…

— Вы правы. – Фернанда смотрит на Гленна, который сидит как на иголках. – Эта девушка очень умна. Почему бы тебе не нанять ее к себе? Нам нужно сменить главу службы безопасности, верно? On doit mandar embora esse fils de pute incapable^[61].