Книга Время неблагих. Книга первая, страница 107 – Максим Далин

И превосходнейшим образом Даурин заткнулся и стал жрать песочное пирожное с вишней. Мы все переглянулись — и тоже взяли по штучке на пробу.

А я в это время думал, что зря, пожалуй, не так уж часто ставил Кеннету свечки за здравие.

Меня забрали с собой на этот бал — я даже слова сказать не успел.

Просто вдруг вокруг оказалась толпа народу. И высоченный Пёс Господень, тоже в белом, светловолосый, с багровым рубцом на обветренном лице, неожиданно сказал мне дружелюбно:

— Здравствуйте, Валиен. Ваш отец о вас рассказывал. Я Шантэр, начальник службы королевской безопасности. Рад вас видеть и рад, что вас приняли государь и их высочества.

— Здравствуйте, мессир, — сказал я и поклонился.

Шантэр был симпатичный. Я чувствовал, как в нём горит тёмный огонь Дара… нет, он был ведьмак, конечно. Ощущение жестокой силы от него шло даже посильнее, чем от Шельда. Но так же, как от Шельда, от него не тянуло упырём.

Я заметил, что и августейшие от него особо не шарахаются. Тут были типы куда неприятнее: какие-то прилизанные пижоны со светописцами, которые снимали, как мы спускаемся по дворцовой лестнице, какие-то сопровождающие вельможи… Мы вышли в дворцовый парк, под мелкий и мерзкий дождь, ветер продувал до костей — на Глейзу и Ильсору тут же накинули пушистые манто, нас прикрыли зонтиками и распахнули дверцы мотора.

И моторы были сливочно-белые «сполох-мотор», ясное дело. Самые шикарные.

Король не поехал, только проводил до мотора Виреллу. И опять мы как-то сами собой разделились: наверное, предполагалось, что Глейза поедет с Ильсорой и королевой, а мы с Лэриком и Рошером — в другом моторе, но вышло так, что королева и Ильсора удобно устроились в одном моторе, а мы вчетвером как-то уместились в другом.

Я — с краешку, тихо радуясь, что Глейза — между Рошером и Лэриком. Потому что прикасаться к Глейзе всё-таки страшновато.

А Преподобному, конечно, отдельный мотор подали. Потому что, если уж так посмотреть, он — практически такая же влиятельная фигура, как мои августейшие. Если не больше. Голос всемогущего клира во дворце.

А свита — в «жучках», «мотор-молния», ну сильно всё-таки попроще. И жандармы на мотопедах. Кортеж королевской семьи.

У меня, наверное, должно дух захватывать, да? Королевский кортеж, всё такое… Но вот не захватывало, было почему-то очень нервно и что-то скребло на сердце. Видимо, потому что мои ребята молчали, а может, потому что постовые жандармы снова останавливали моторы и повозки, чтобы кортеж мог пролететь, а с тротуаров на нас глазели озябшие прохожие.

И я так слегка ушёл в себя, задумался непонятно о чём — и вывел меня из этой задумчивости визг тормозов и резкий гудок клаксона. Мотор стоит, жандарм, спрыгнув с мотопеда, тянет вверх с асфальта тётку какую-то, остальные выхватывают оружие, стригут взглядами толпу — а толпа сама поражена и перепугана.

Глейза закричала:

— Что случилось⁈ — и толкнула Лэрика, чтоб открыл дверцу.

Подбежал Шантэр, Лэрик стекло опустил.

— Какая-то сумасшедшая кинулась под колёса.

— Покалечилась? — спросил Лэрик.

— Кажется, только ушиблась. Водители среагировали оперативно. Угрозы нет, ваше высочество. Продолжаем путь?

— А что будет с женщиной? — спросила Глейза.

— Арестуют. Сейчас здесь будут патрульные.