Книга Костер и Саламандра. Книга 1, страница 105 – Максим Далин

— Хорошо, – сказала Вильма. – Спасибо, драгоценный мессир Броук, я буду иметь в виду и подумаю, как сделать лучше. Но больше меня интересует не это.

— Чернокнижие? – спросила я.

Вильма кивнула чуть заметно.

— Очень глупо, – сказала я. – Они вообще не знают, что это чернокнижие. Они свято уверены, что это какие-то древние светлые обряды, чуть ли не молитвы… Та гадина, которая составляла эти подборки в тетрадочки – у нас их ещё две штуки, – использовала и священные символы. Адские чары.

Раш прижал свободную руку к груди, и я поняла, что он Око-то носил, хоть и ужасно вольнодумствовал в присутствии Элии. А Броук добавил:

— Я вообще не представлял, что люди могут заниматься такой лютой мерзостью. Растапливать огарки храмовых свечей, государыня, смешивать с могильной землёй… – и содрогнулся.

Вильма приподняла бровь:

— Ничего себе – светлый обряд…

— Боевые заклинания, – сказала я. – То ли языческие, то ли даже вообще имеющие отношение к обрядам Сердца Мира и Святой Розы. Они очень искренне в это верят. У них в Перелесье развелось множество каких-то бабушек, дедушек… лекарей, знахарей… При дворе Рандольфа тоже есть такие: астролог, алхимик и пожилая дама якобы из какого-то лесного скита. Рассказывают о чудесных исцелениях… в общем, у них там много интересного. Может, я сильно ошибаюсь, Вильма, но, по-моему, это что-то вроде диверсии.

— Рандольф тоже собирает и использует тайное знание, – кивнула Вильма. – Только сделал ставку не на некромантов… дельно… некромантия – редкость, от простецов некроманты стараются скрываться. А он, я думаю, сам простец, он не знает, как подобраться к обитателям Сумерек. Вот и решил использовать то, что при известной беспринципности доступно всем. Интересно, сколько можно играть с адом в такие игры?

— Знаешь, дорогая, – сказала я, – Рандольф должен сейчас прекрасно себя чувствовать. И очень возможно, что будет дивно чувствовать себя много лет… если он впрямь знает, как обращаться с такими вещами.

— Но ты же говорила, что чернокнижие быстро убивает душу? – удивилась Вильма.

— Да, – сказала я. – Если только Рандольф не пошёл дальше и не заключил договор с Теми, пообещав кровавые жертвы. Мне уже кажется, что он подкармливает ад душами наших аристократов. Те сожрали королеву, представляешь? Представляешь, что именно он может за это получить?

Взгляд Виллемины сделался прозрачным, а лицо – страшно спокойным.

— Значит, война ему очень выгодна… – сказала она, еле шевеля белыми губами. – А ещё это означает, что, останься Эгмонд в живых, Рандольф претендовал бы не только на наши порты… он имел в виду ещё и души жителей Прибережья… Эти тетрадки – эксперимент, да, Карла?

— Я уверена, что так, – сказала я.

— Как интересно, – заметил Броук. – Почему-то именно там, где хозяйничает Святая Земля, чаще всего заигрывают с адом.

— Закономерно, – сказала я. – Демоны легче всего прячутся в храмовой тени. И искушения там самые сильные. Церковь может помочь, да что – спасти… но при условии, что её адепты не поддаются на эти самые искушения. А они – тоже люди. К тому же с них особенно много спрашивается. Аскеза, самопожертвование… а не хватило духу – и всё, ад слишком близко.

Раш смотрел на нас широко раскрытыми детскими глазами. Как Лиэр, когда мы рассказывали ему о некромантии на поле боя… Даже мессиры миродержцы поражаются и ужасаются самым трогательным образом, подумала я, что уж говорить о простых людях, которые прекрасно живут на светлой стороне, без всяких Сумерек, и знать не знают ничего, кроме молитв, выученных ещё в детстве…