Книга Эволюционер из трущоб. Том 10, страница 72 – Антон Панарин

Я повернулся. Передо мной стоял пожилой человек в тёмном строгом костюме с аккуратно подстриженными седыми усами. Видел я его впервые. Мужчина тут же представился.

— Глеб Сергеевич Васнецов, я юрист. Служил ещё у вашего деда.

— Рад знакомству, — кивнул я.

— Простите, что беспокою вас в такой момент, — тихо произнёс он, — но граф Черчесов не успел написать завещание. Вы его единственный законный наследник, и есть несколько формальностей, которые необходимо соблюсти как можно скорее.

— Я понимаю, — ответил я устало. — Что именно требуется от меня?

Юрист поправил очки и неторопливо пояснил:

— Для начала, нужно будет посетить канцелярию в Югорске. Там уже подготовлены бумаги. Всё, что от вас требуется — поставить свою подпись и печать рода Черчесовых. После этого вы официально вступите в права владения землями и унаследуете род Черчесовых.

Я внимательно выслушал его и сказал:

— Спасибо, Глеб Сергеевич. Займёмся этим завтра утром.

Юрист сдержанно поклонился и удалился. Я остался у могилы один, глядя на надгробие, на котором пока не было имени. Скоро здесь высекут слова о жизни человека, который ушёл достойно, с улыбкой на лице. И теперь я понимал, что этот титул и эти земли — не просто наследство. Это был долг перед человеком, для которого я успел стать всем. Долг, который я должен выплатить сполна.

— Надеюсь, Даниил Евгеньевич, ты попал в лучший мир. А я постараюсь, чтобы твои земли процветали, а люди жили счастливо.

Развернувшись, я направился прямиком в родовой особняк. Нужно разобраться с бумагами и найти родовое хранилище. Уверен, оно здесь имеется.

В кабинете Черчесова стоял запах табачного дыма и одиночества. Справа книжный шкаф, слева пыльный диванчик, посередине рабочий стол на фоне широкого окна.

Видимо мой названный отец придерживался минимализма. Ни картин, ни фотографий, хотя нет. В ящике стола нашлась фотография моей мамы. На ней она совсем юная, улыбается, держит в руках цветы.

Я сел в тяжёлое кожаное кресло, издавшее скрип под моим весом. На столе лежали документы. Кипа платёжных квитанций, налоговых деклараций, а также отчёты о поступлении финансов и предстоящих затратах. Листая бумаги, я пытался понять, что же мне досталось в наследство?

Земельные акты, отчёты по хозяйству, список долговых обязательств. Я вчитывался в них, постепенно понимая, насколько сложна была жизнь графа Черчесова. Оказалось, что в моём распоряжении не только огромные земли с десятком городов и сотней деревень, но и долги, накопленные за долгие годы.

— Красивый фасад, скрывающий ветхое здание… — задумчиво проговорил я, перелистывая страницы.

Стук в дверь прервал мои размышления.

— Войдите, — произнёс я, оторвавшись от чтения.

В кабинет вошёл высокий подтянутый человек лет пятидесяти в гвардейской форме. Это был Филипп Григорьевич, начальник гвардии Черчесова. Он остановился передо мной и козырнул по-военному.

— Ваше сиятельство. Прибыл по вашему приказу. Изволите выслушать доклад о состоянии наших сил? — начал он без лишних вступлений.

— Да, конечно, — кивнул я, пристально глядя на вояку.

Он показался мне верным человеком. Причём верным не Черчесову лично, а именно роду Черчесовых. Должно быть, потомственный военный, для кого слово «честь» не пустой звук.