Книга Я (не) прощу тебя. Измена мужа, страница 92 – Юлия Рябинина

— Ты ее хорошо обучил.

— Гад, – вкладываю в удар всю свою душевную боль и резко бью локтем в бок Аркадия.

— Дурак, – хохочет Озимков. – За дорогой следи. А то ж так и в аварию можно попасть. А кто тогда твою Ксюшу защитит? От меня.

Падла. У меня аж в глазах потемнело. Но эта сволочь прав. Надо держать свои эмоции под контролем. С такими нервами долго не протянешь.

— Пошел ты!

— Вот так-то лучше. А то башку твою тупую рвет по каждому поводу. Думать совсем разучился и эмоции держать, как я вижу, под контролем совсем не можешь. Раньше ты был другим. Или не любил Кристинку?

— Если знаешь, зачем спрашиваешь?

Аркадий вдруг притих. И даже показалось, что в салоне места больше стало. Удивленно взглянул на него.

— Что, Кристинка покоя до сих пор не дает?

— Не в этом дело, – отмахивается, а на лице застывает задумчивая маска.

— А в чем тогда?

— Задумался над тем, какой могла бы быть моя жизнь с Кристинкой. И знаешь, что понял, вот прямо сейчас в моменте: что все, что ни делается… делается к лучшему. Кристинка, она же совсем не изменилась.

— Ну, не скажи…

— Я не про внешность, если что. Она всегда обладала шикарными внешними данными. На мой вкус.

— Сложно не согласиться. Но и в своей профессии девчонка достигла больших успехов. Она когда пришла ко мне устраиваться на работу, я ей сразу сказал, что без навыков, по старой дружбе не возьму и не потому, что мы с ней расстались не очень, а потому, что лишний рот с приличной зарплатой в своей фирме я не готов оплачивать. И представь, как я удивился, когда мой юрист после нескольких часов собеседования с ней одобрил ее кандидатуру, да еще и оценил ее навык и опыт по высшему балу.

— А я не удивлен, Игнат. Кристинка с мозгами всегда умело дружила. Я и не сомневался в том, что она карьеристка до мозга костей. Но при этом она пустышка. Чувств в ее сердце нет. Души у нее нет.

— Да и черт с ней! Стервой была, а циничной стервой стала. Это ее право. Она вольна выбирать.

— Только мне непонятно, зачем она пыталась разрушить твою семью?

— Месть?! Я думаю, именно она сдетонировала в ней, когда мать Кристине предложила всю ту дичь, которой они занимались.

— Скорее всего, да. А ты знаешь?!

— Что?

— У меня тоже есть ребенок и… жена. Правда, неофициальная. Но это пока.

— Да, ладно!? А зачем тогда к моей жене приставал?

— Чтобы позлить.

— Тебе это удалось, – зло рычу.

— И я люблю свою жену. И у меня есть сын. Итон. Три года.

— Поздравляю, – звучит как-то сухо, но на большее я не способен, учитывая то, сколько нервов мне помотал этот кретин. – Она здесь?

— Нет. Осталась в Калифорнии.

— Почему не забрал?

— Она афроамериканка. И, Итон похож на Кэтрин – это моя жена.

На некоторое время в салоне автомобиля снова воцаряется тишина. Я изредка бросаю неоднозначные взгляды в сторону Аркадия в ожидании продолжения рассказа. Но Озимков продолжает хранить молчание.

— А что мать с отцом? Знают?

— Нет.

Да и понятное дело. Если бы отец знал, хрен бы сейчас Озимков сидел в кресле гендиректора. Уже давно бы уехал покорять демократичную во всех смыслах Американскую Республику. А так сидит у папки под боком, сам как сыр в масле катается и бабенку свою содержит. Неплохо. Что уж тут скажешь. Все и без слов ясно.

— Отец ее не примет. Да и мать тоже.