Книга Чёрное лето, страница 71 – Антон Панарин

— Отправил подремать, а потом одного за другим зарезал.

Прапор заплакал.

— Не верю я что в тебе человеческое что-то проснулось. Себя жалеешь сука.

— Я не хотел, правда!

— Если б не хотел, то не убивал бы. Что тебе Крест предложил?

— Сказал, что если он город захватит, то мне отдаст любой район под управление. Правой рукой сделает.

— Дурак, хоть соврал бы что жена с дочкой в заложниках у него и у тебя не было выбора, я б правду всё равно узнал, но так хоть пожил бы подольше.

— Кто еще замешан? Кто!?

— Я, я, я не знаю! Вроде только со мной работает!

Костя вернулся.

— Как крест выглядит? Кость, разводи костер, сейчас будем поджаривать эту свинью.

— Я правда не знаю! Я ничего не знаю. Я не видел его никогда!

Поникшим голосом запричитал прапор и знаете, я ему поверил.

— Я просто хотел пожить по-человечески хоть раз в жизни. Дать всё что заслуживают своей семье. Всю жизнь в армии и что она мне дала?

Прапор упал на пол и обмяк, из-под носа доносился какой-то бубнеж. Жалеет себя. Костя, окликнул меня.

— Макс, больше он ничего не расскажет нам интересного. Как подавали сигнал мы и сами видели, как информацией обмениваются, знаем. В расход его.

Слова Кости выбили меня из колеи, когда похищал прапора я понимал, что нужно сделать что бы получить информацию, но что делать дальше с ним, я не продумал.

— Что тебя смущает? Если отпустим его, то он сразу же Кресту маякнёт что раскрыт и хрен мы его достанем. А за одно к генералу побежит жаловаться на нас, как мы его честь опорочили. И ждет нас не возмездие, а в лучшем случае срок, а то и по закону военного времени к стенке поставят.

— Ты прав, но.

— Никаких НО, вот тебе нож, в расход его.

— Почему я?

— Мы с тобой полезем в осиное гнездо, хочу быть уверен, что ты готов пойти до конца.

Армейский нож лег мне в руку тяжким грузом. Да в новом мире мне приходилось убивать. Но каждый раз меня и самого пытались убить. То была самооборона. И зачастую всё происходило на автомате.

— Может я просто пристрелю его?

— Да, отличный план. И на звук выстрела сбегутся все патрули округи. Это конечно знатное бомбоубежище, но сомневаюсь, что оно скроет звук выстрела. Давай, в юго-западном придется и похуже дела делать.

Прапор услышал слова Кости, вскочил и начал умолять оставить его в живых. Обещал, что уедет из города, что никто ни чего не узнает. Обещал исправиться. От его слов становилось только хуже.

Сука! Я не хочу его смерти! Но если я не убью прапора, то что дальше? Буду кормить его и согревать холодными вечерами? И как много времени пройдет, прежде чем Саныча найдут? Неделя? Месяц? По весне запустят ГЭС и снова будет источник электроэнергии в городе. Школы заработают, а тут этот. Страх и адреналин захлестнули с головой, рука с ножом заходила ходуном. Я понимаю, что его нужно убить. Нужно, но неправильно. Но из-за этой твари могли убить Захара, Пашка инвалидом стал, Надя чуть не умерла. Надя, Пашка, Захар, неправильно, не хочу! Надя, Пашка, Захар! Надя! Я закричал и вогнал нож по самую рукоять прапору в грудь, вытащил и ударил снова, потом еще и еще. Он захрипел, изо рта потекла кровь. Очередной хрип выпустил на свободу брызги крови, и куда же они могли упасть? Конечно же, мне на лицо. Я выронил нож, отпрянул назад и растер рукой кровь по лицу.