Книга Чёрное лето, страница 72 – Антон Панарин

— Молодец, ты всё правильно сделал. Он заслужил.

Оттолкнул Костю. Выбежал на улицу. Холодный воздух наполнил легкие. Разум немного очистился и убийство прапора стало до ужаса реальным. Чавкающий звук ножа, прорезающего плоть. Стон, наполненный страхом и болью. Кровь. Я схватил ледяное крошево, в которое превратился снег и стал тереть руки и лицо. Лёд сдирал кожу, и уже подсохшие ранки на кулаках, обжигал холодом. Руки и лицо стали чистыми. Но на задворках сознания появилась мысль «Ничего уже не будет как прежде». Кожа стала чище, но кровь прапора как будто замарала душу. Так оно и было.

Вернулся домой, Надя не спала.

— Ты где был? По работе вызывали?

— Да, по работе.

— Максим, всё хорошо?

— Да, всё нормально, просто на работе проблемы.

Вот и первое зерно раздора, которое я посеял. Она чувствует, что я что-то не договариваю, а я не могу рассказать ей правду. Ради её же безопасности! Хотя кого я обманываю? Просто боюсь её потерять. Жизнь забавная штука. Недавно я был на седьмом небе, а за последние недели всё что я испытывал так это ненависть и страх. Как будто маятник качнулся в другую сторону. Если это крайнее положение маятника, то дальше должно быть лучше, правда?

Но лучше не стало. Следующей ночью, мы с Костей снова поперлись к заставе на Ворошилова. План заключался в том, чтобы подать сигнал Крестовцам, и перехватить посыльного в момент заброса записки. Дождались появления огонька, и поперлись прямиком на заставу. Нас встретил постовой.

— Стоять! Кто такие?

— Меня Максим зовут, я из конструкторского бюро, хотел узнать есть ли у вас какие потребности в оснащении блок поста?

Подойдя, поближе показал ксиву и солдат успокоился.

— Саня, всё нормально! Свои! Опусти пулемет! — крикнул боец и в темноте что-то звякнуло — А хрена вы по ночам шаритесь? Днем времени нет?

— Мужик, ну ты сам подумай, сколько у нас застав и сколько работы на производстве. Когда мне днем шляться то?

— Согласен. Закурить есть?

Костя протянул солдату пачку беломора.

— Давай подержу фонарь, пока покуришь.

Костя взял фонарь и принялся им махать как делал прапор.

— Ты чего делаешь?

— Да чёт вспомнил как на концертах зажигалками махали во время выступления и не удержался.

— Да, хорошее время было. Кстати, в галерее Чижова парнишки круто лабают. Притащили инструменты, барабаны, гитары, всё как надо. По вечерам жару дают. В выходные порой захожу послушать. КиШа играют, вот эту вот помнишь? «В провинциальном городке, был праздник музыка звучала», эх жаль оригинал не послушать.

— Да, хорошая группа была. Слушай, как дела сейчас? Спокойно на границе?

— Да хрена лысого! Прапор наш пропал недавно. Бывало и раньше пропадал, обожрется сивухи и лежит где-нибудь отсыпается возле дома. Жена на днях приходила искала, вся в слезах, говорит уже всю округу обошла, найти не может. А тут мож нажрался, а может и зэки убрали.

При словах о прапоре в сердце ёкнуло.

— В каком плане убрали?

— Да в прямом, они границу каждую ночь щупают, ты думаешь чё у нас столько патрулей ходит? Частенько пролезают, то тут, то там. Когда перестрелку учинят, а когда и просто прирежут кого. Тут же темно как в жопе, вот и щелей куча образуется, пробирайся не хочу.

— И что никто не ищет его?

— Да кому он нужен? Прапор лишь один из десятков, а может и сотен. Пропал и пропал, найдется хорошо, нет, всем насрать. Генералу про пропажи докладывали неоднократно и что он сделал? Да нихрена. Патрули удвоил, на этом и успокоился. А люди как пропадали, так и пропадают.