Книга Чёрное лето, страница 20 – Антон Панарин

Мимо нас прошел патруль полицейских. Один из ментов пристально уставился на нас. Взгляд был не добрым. Степаныч тут же осекся.

— Ладно Макс, бывай, если что приходи. А сейчас у нас дела. Всё пока.

И они с Егорычем тут же дали дёру в ближайшие дворы. Испугались что за краденный велик примут? У ментов думаю сейчас более важные дела есть. Решил не гадать, сложил самокат, кое как запихнул его в рюкзак и поехал обратно.

Ближе к полдню в юго-западном всё поменялось. На улице была тьма сомнительных личностей. Видел пару человек с наколками на руках. Несмотря на мрачность их вида, они веселились. Бухали, что-то курили через пластиковые бутылки, орали песни, тискали местных дам. Проезжая один из дворов заметил, что там человек сорок накачиваются до беспамятства и орут «Владимирский централ». Бухих и в северном хватало, но пьянство носило локальный характер, а тут праздник на весь район закатили. Интересно что празднуют?

Войдя в квартиру, я обнаружил Пашку приматывающего мешки с тряпьем и припасами к велосипеду. С обоих сторон велика висели баулы, заполненные до отказа. Велосипед чем-то напоминало байкерский мотоцикл с заполненными кофрами.

— Макс, вернулся? О и велик при тебе. Отлично. Вон мешки, веревка, давай складывай тряпье и приматывай к велику. Вздремнем часов шесть и будем выдвигаться. Кстати! Нашел в своем хламе шеврон, будет фамилию твою отражать, бери.

Паша протянул мне шеврон, на нем был изображен череп. Забавно, но нашивать я его не буду, ибо это придаст мне излишней серьезности. А серьезные парни часто притягивают проблемы, оно мне не надо. Запихнул шеврон во внутренний карман куртки и пошел собираться.

Как только стемнело, мы заперли квартиру, выкатили велики из подъезда и направились в центр. Почти успешно. Не успели мы доехать до конца дома, как раздался громкий голос, и компания пошатывающихся личностей вывалилась из-за угла.

— Паштет ёманарот! Сколько лет, сколько зим? А ты чё там? Подарки нам приготовил?

Голос Лёхи я сразу же узнал. Судя по силуэтам, вместе с ним порядка десяти человек. Мы слезли с великов, а я тут же запустил руку в карман куртки и нащупал перцовый баллон.

— Лёх, иди своей дорогой, нам неприятности не нужны.

— Хренасе. Вы слышали мужики? Не нужны ему неприятности. А когда меня пресанул, они видимо тебе были нужны. А сейчас не нужны, само миролюбие. Ты сука в прошлый раз меня не дослушал. Так я сейчас договорю.

— Лёх, мы пошли, хорошего вечера вам.

— Заткнись падла! Не перебивай меня. Хрен куда вы от сюда уйдете. По крайне мере здоровыми. — прошипел Лёха — Я под Крестом хожу, а Крест такой хрени не прощает. Ты чё думал, можно пресануть меня и остаться безнаказанным? А вот хрен ты угадал. Мандец тебе.

Подручные Лёхи, как и в прошлый раз оказались не с пустыми руками. Арматура, ножи и это только то, что я разглядел в темноте. Не мешкая ни секунды, толпа ринулась вперед, выкрикивая нечленораздельные ругательства в нашу сторону. Меня тут же накрыло и трясясь как банный лист, я вытащил баллон из кармана и зажал до отказа кнопку. Перцовый спрей лился в темноту заставляя мат перерасти в крики боли. Залил человека три, остальные отшатнулись назад. Меня дернули назад, и я полетел вместе с великом.

— Валим от сюда! Брось ты нахрен этот велик!