Книга Чёрное лето, страница 23 – Антон Панарин

— Ну что хлопцы? Давайте знакомиться. Я Иван Федорович. И хочу я узнать у вас не так уж и много. Всего три вещи. Где беглые зэки? Кто убил моего брата? И какого хрена вы на моей земле посмели стрелять? Начнем мы наш факультатив с простого. С раздумий. А ничего не помогает мыслить лучше, чем холодная голова.

Я попытался заговорить, но новый удар заставил меня забиться в приступе кашля. После настала Пашина очередь ловить воздух ртом как рыба.

— Помолчите ребятки. Сейчас я вам помогу немного. Нужно подготовиться что бы размышления были продуктивными.

Через секунду в руках Федоровича появился нож. И не успел я подумать, что начнут резать, как резать начали. Но не нас, а нашу одежду. Федорович срезал с нас всё кроме трусов, обувь так же снял с нас.

— Ну вот. Другое дело. А теперь водные процедуры.

И он окатил нас двумя ведрами ледяной воды. Все мускулы свело судорогой. И дрожь пошла по телу с новой силой.

— Доброй ночи дорогие, завтра поговорим.

Дверь захлопнулась, и мы остались в полной темноте. Только ужасный холод, я, Паша, темнота и боль.

— Паша, какого хрена!? Какой брат? Какие зэки? Что происходит?!

— А я от куда знаю! Мы с тобой вместе бежали если ты забыл!

— Твою мать Паша! Твою мать! Как только встретились в офисе всё пошло по звезде! Сука!

— Нихрена себе? Так это я виноват в произошедшем?

— А кто Паша? Кто? Не ты ли под дых дал Лёхе? Не из-за тебя ли они погнались за нами? Если б не тот случай, то мы б спокойно свалили из города!

— Если б того случая не было, то в тот же момент тебе бы начистили морду. И ты целый остался, только благодаря мне!

— Твою мать, спасибо спаситель! Вот только ты спас мою морду, а под угрозу поставил жизнь! Охрененный обмен, не находишь?

— Сука! Макс, ты затрахал ныть! Если ты не забыл, я в таком же дерьме, как и ты! И если тебе станет легче, то да, я виноват. Поможет тебе это выбраться от сюда? Думаю нет.

— Извини, ты прав. Мы оба в заднице — страх туманил разум и заставлял искать виноватых, но что от этого толка? Паша ведь не знал, что всё приведет к аттракциону с крючьями.

Не знаю сколько прошло, но стало так холодно, что я перестал чувствовать пальцы на ногах. А руки в принципе уже давно перестал чувствовать, затекли. Ужасное желание заснуть, но боль и холод не давали отключиться. Порой случались провалы в сознании, но не уверен сколько я спал, секунду или целую вечность. С Пашей мы периодически спрашивали друг у друга как самочувствие, но на этом наше общение и заканчивалось. В первые часы после ухода Ивана Федоровича, мы тешили себя надеждой раскачаться и спрыгнуть, сбросить веревку, за которую нас подвесили к крюку. Но увы и ах, ничего не вышло, только боль в заломленных руках стала сильнее. Захотелось есть и пить. И в туалет. Как вы понимаете ни одна из потребностей удовлетворена не была. Висели, терпели.

Дверь распахнулась и внутрь вошел Иван Федорович.

— Добрый день молодчики. Забыл про вас совсем. Ну что? Давайте общаться.

— Мы не зэки! Мы никого не трогали! — заорали мы на перебой.

— Тихо, тихо, давайте по одному. Вот ты — Иван извлек из заднего кармана мой паспорт и зачитал — Черепанов Максим Алексеевич. Вопросы помнишь мои?

— Помню.

— Ну рассказывай.

— Мы никого не убивали! Мы не зэки! Мы, наоборот, убегали от зэков и пришлось отстреливаться!