Книга Император песчаных карьеров. Том 3, страница 57 – Антон Панарин, Влад Фомин

Тут были копья, мечи, топоры и кинжалы. Кольчуги, литые брони и более лёгкий доспех. Луки, самострелы и, конечно же, боезапас к ним. Всё это смертоносное великолепие было аккуратно расставлено по местам, не хватало только ценников и льстиво улыбающегося толстолицого зазывалы для полного ощущения рынка. Впрочем, на рынке ко многим из этих вещей страшно было бы даже прицениться!

— Пойдёмте, пойдёмте, — поторопил Барса, явно довольный произведённым эффектом. — Там ещё будет, что посмотреть.

Спустя ещё минут двадцать блужданий по скупо подсвеченным узким коридорам, мы оказались там, где сидели и сейчас. Ушедшие вперёд пираты успели затеплить камин, устроить раненых в одном углу на широких деревянных настилах и даже смыть кровь с их ран водой из колодца.

Не удержавшись, я заглянул под тяжёлую круглую крышку, надёжно закрывающую низкий борт. Вода была глубоко. Очень глубоко, но такой пронзительной чистоты и такая холодная, что всё внутри у меня сжалось, и показалось вдруг, что Левиафан, по-прежнему надёжно удерживаемый печатью, беспокойно под ней завозился.

Не тратя времени попусту, пираты стали доставать припасы. Мне сложно было вообразить откуда, но Кашкай этим вопросом озадачился в первую очередь, и уже через секунду требовательно дёрнул меня за рукав:

— Духи говорят, что ты должен на это посмотреть!

Любопытство оказалось сильнее усталости, и я пошёл помогать таскавшим мясо пиратам. Кладовая обустроена была масштабно. Это была целая комната, из-за массивной двери которой исходил тусклый белый свет и заметно тянуло холодом. Сунувшись внутрь, я немедленно обнаружил его источник: артефакт, располагавшийся в дальнем углу, рассеивал вокруг морозный воздух. Комната же была полна ящиков и контейнеров, подписанных криво и косо, как умеют только пираты.

«Пустын. Многонож. 50 кг.», «Баран. 50.», или «Мяс.верблюд.25 кус.» — были ещё самыми понятными и грамотными.

Протянув руку к одному из ящиков, я чуть не отдёрнул её с воплем — холод был такой, что как бы ненароком не примёрзли руки.

Пираты «Ржавого Клыка» отлично ориентировались в этом подземелье. Вскоре кто-то принёс несколько бутылок древнего благородного вина. А остальные в это время занялись обустройством насущных дел.

Итак, всего пару часов спустя раненые были ухожены и устроены, а все, кто мог держаться на ногах, собрались на грандиозный пир! Замороженное в лёд мясо оттаяло, нашлись и специи и крупы, только вот овощами местная кухня не баловала, но того, что было — хватило бы на три таких компании, как наша.

И вот теперь, когда Барса принял достаточно доброго вина, я решился задать всё это время терзавший меня вопрос.

— Монастырь тут был, — ответила за Барсу Нури, успевшая присоединиться к общему веселью.

Свежая повязка и сытная еда оказали на неё самое благоприятное воздействие, женщина если и устала, то сейчас явно собиралась не свалиться с ног от изнеможения, а восстанавливать силы.

— Монастырь? — встрепенулся Сульфур, метко влезая пальцами в чугун с горячей кашей, хотя хотел, кажется, взять кусок баранины. — Нарекаю это место Монастырём Сульф—, ай-ай!

Пираты захохотали, глядя на то, как лучник пытается дуть на обожженные пальцы.

— Монастырь Сульфура отменяется по техническим причинам, — сухо сообщил Гелиос, негромко, и ни к кому не обращаясь.