Книга Восхождение Плотника. Том 5, страница 44 – Антон Панарин

Двое мужчин вошедших следом были помоложе, лет по двадцать пять. Оба жилистые и подтянутые. С военной выправкой, которую не спрячешь ни под каким плащом. Они двигались тихо, ставя ноги на полную стопу, и в каждом их жесте угадывалась выучка людей привыкших к оружию.

Правда оружия у них не было. Лица мужчин были обветренными, а глаза заставили корчмаря крепче стиснуть кружку в руке. Ведь в глубине тёмных зрачков у обоих поблёскивали багровые искры. Корчмарь за свои пятьдесят три года насмотрелся на разных людей, от нищих бродяг до боярских дружинников, но ничего подобного не встречал ранее.

Гостья подошла к стойке и села на лавку, положив локти на мокрые от пролитого пива доски. Двое спутников заняли места по сторонам, не снимая плащей. Они просто сели и замерли, внимательно поглядывая по сторонам.

Кроме троицы в корчме сидели лишь двое мужиков из местных, допивавших второй кувшин в дальнем углу. Они покосились на вошедших, потупили взгляд и стали едва слышно шептаться.

— Будь добр самой сладкой медовухи из имеющейся, — ласково произнесла женщина.

Силантий помедлив кивнул, а после зачерпнул ковшом из бочонка. Янтарный напиток наполнил глиняную кружку и корчмарь передал пойло гостье, стараясь не расплескать, хотя руки подрагивали. Он собирался отойти к полке, подальше от этих троих, когда женщина молниеносно ухватила его за руку. Хватка была нежной, но такой крепкой, что корчмарь даже если бы захотел не смог вырваться.

Глаза девушки были ярко серыми, с крупными зрачками. Заглянув в них Силантию стало не по себе, ведь глаза были абсолютно пусты, словно из них выпили всю жизнь. Корчмарь ощутил как по хребту прокатилась ледяная волна, а ноги сделались ватными и отказались двигаться.

— А слыхал ли ты про мастера? Его Ярым кличут. — бархатистым голосом произнесла девушка.

Силантий сглотнул и ощутил что горло пересохло одновременно от вожделения и нестерпимой жути.

— Так да. Про него вся округа слыхала. Он же этот. Староста Яриловки. Молодой щенок. Дерзкий, старость ни во что не ставит. Но говорят при нём народ славно живёт. У него мастерская ещё в лесу стоит, верстах в двадцати отсюда на север. Говорят что мебель делает такую, что глаз не отвесть. За ней даже из Казани купцы приезжают. Правда цены ломит немыслимые и всё равно берут.

На одном дыхании выпалил Силантий и сам не понял как так вышло.

Незнакомка чуть наклонила голову и Силантий уловил лёгкий запах, который шел от неё. От неё пахло чем-то сладковатым. То ли мускусом, то ли гнилью. Корчмаь так и не смог разобрать, но от этого в штанах резко стало тесно. Корчмарь вытер проступивший пот на лбу свободной рукой и проблеял:

— М-м-может вы останетесь на ночлег? Ваших друзей размещу за так в лучших номерах, а вам и вовсе отдам… — Он нервно сглотнул и добавил. — собственную постель.

— Очень интересное предложение. — Улыбнулась незнакомка. — Но сперва расскажи подробнее о этом чудо мастере. Всё что знаешь. Явно через твою корчму протекает множество слухов. А после я возможно и заночую в твоей постели, — вкрадчиво произнесла она и закусив нижнюю губу с вызовом посмотрела на Силантия.

И тут корчмаря прорвало. Он говорил быстро, бессвязно, перескакивая с одного на другое. Несчадно врал и рассказывал даже то чего никогда не слышал. Всё ради того чтобы эта нежная ладошка держала его не только за руку…