Онлайн книга «Восхождение Плотника. Том 5»
|
Ответить мне было нечего. Я защищал то что мне дорого, уничтожая то что дорого лешему. Так или иначе этот кусок леса очень скоро бы погиб, но Пелагея права. Знать и чувствовать это разные вещи. Даже если Леший знает что я всё сделал верно, чувствовать он может совершенно обратное. Вечная борьба сердца с разумом. Вздохнув я продолжил смотреть как огонь внутри кольца пылает до глубокой ночи. Мужики разъехались по домам, усталые и перемазанные сажей, а я остался на просеке вместе с Тарасом и Пелагеей. Мы следили за тем чтобы огонь не перекинулся за мёртвую полосу, и пару раз пришлось забрасывать снегом занявшиеся пеньки на краю просеки, но в целом всё прошло гладко. К рассвету от пожара остались лишь тлеющие угли и обширное пепелище, над которым клубился сизый дым. Заражённая зона перестала существовать. Маяки сгорели, тёмная жива в почве выгорела дотла. Чернокорень сделал своё дело. Я прогулялся по пепелищу выискивая остатки скверны, но её не было. Осталось только чёрное поле, усеянное обугленными пнями. Такое зрелище вызывало чудовищную тоску. Ведь ещё вчера здесь стоял живой лес, а сегодня на его месте расстилалась мёртвая зона. Десятилетия деревья росли даруя пищу и защиту лесным жителям, а теперь… Где-то в глубине леса, за пределами пожарища, раздался протяжный скрип. Негромкий, но отчётливый, будто огромное дерево медленно наклонилось под порывом ветра. Только ветра не было, утро стояло безветренное, и скрип повторился, громче и ближе. За ним прокатился низкий вибрирующий гул, от которого загудела земля под ногами. Это был Леший. Он скорбел о утрате, но на глаза не показывался. Вряд ли он боится меня, скорее просто не желает больше меня видеть. Дружба закончилась. Впрочем, была ли когда-то эта дружба? Лесная нечисть всячески мне пакостила и пыталась убить. Когда же я спас его, то получил в дар дубок и нейтралитет от трухлявого. Он больше не нападал, а я не лез к немую. Своего рода мирное соглашение. Развернувшись я зашагал по просеке в сторону Яриловки, оставляя за спиной тлеющие угли и гул рассерженного леса. Впереди ждала горячая каша, объятия Златы и новые проблемы, которые мог решить только я. Правда любое решение лишь плодило новые неприятности… * * * Корчма в Берёзках стояла у развилки дорог и выглядела так, будто строил её пьяный плотник. Крыша просела, из щелей между брёвнами лез мох, а вывеска над дверью, когда-то изображавшая кружку с пеной, облупилась до неузнаваемости и скорее напоминала раздавленную жабу. Впрочем, для деревни в полудне пути от Яриловки заведение считалось элитным. Здесь наливали медовуху и кормили щами, а путников обворовывали лишь завышенными ценами. Корчмарь Силантий, грузный мужик с багровым носом и заплывшими глазками, протирал кружку засаленной тряпкой. Он лениво зевнул и уставился на отворившуюся дверь. В корчму вошли трое. Первой была черноволосая женщина, стройная, с игривой улыбкой на лице. От неё веяло первобытной похотью. Силантий словно завороженный принялся шарить взглядами по изгибам её тела, несмотря на то что те были надёжно укрыты тулупом. Лицо женщины красивое, с резкими чертами и тонкими губами. Однако эта красота одновременно и притягивала и пугала. Это было словно Силантий встретил дикого зверя, великолепного и ужасного. Зверя который может оторвать тебе голову если того пожелает. |