Книга В разводе. Ты забрал мою жизнь, страница 43 – Ирина Суздалева

— Я не люблю делать что-то плохо, — признаюсь в своей слабости.

— А если попробовать не делать идеально? — мужчина выгибает бровь.

Смотрю на него так, будто он предложил мне выйти на улицу босиком.

— Зачем?

— Чтобы отдохнуть.

Отдохнуть.

Слово простое, обычное, но для меня почему-то почти чужое. Я давно не отдыхала по-настоящему. Даже когда сидела дома одна, даже когда смотрела фильм, даже когда пила кофе утром у окна, внутри все равно продолжала работать какая-то часть меня — считала, проверяла, контролировала, держала оборону. Потому что стоило расслабиться, как прошлое тут же находило щель и просачивалось внутрь.

А сегодня…

Сегодня прошлое пришло само. Вломилось в офис, потом на благотворительный вечер, потом в кабинет Андрея Викторовича. Кричало, обвиняло, требовало, тянуло из меня очередную часть жизни, словно я действительно создана для того, чтобы меня разбирать по кускам.

— Алла Сергеевна, — голос Андрея Викторовича возвращает меня обратно.

Вздрагиваю и понимаю, что стою с шаром в руках и смотрю в одну точку.

— Что?

— Вы опять ушли куда-то далеко, — усмехается мужчина.

— Неважно, — отмахиваюсь.

— Важно. Но сейчас не будем туда ходить, хорошо?

Андрей Викторович подходит ближе. Берет другой шар, темно-зеленый, тяжелый, с глянцевым блеском, и вкладывает его мне в руки.

— Сейчас ваша задача — просто расслабиться, — не произносит, требует. Странно, что у меня внутри не поднимается волна протеста, когда слышу подобное обращение. Мне хочется… подчиниться? Вот же черт! — Забыть обо всем: о племяннице, бывшем, болезни, работе, обещаниях, которые вы давали самой себе. Обо всем.

Резко поднимаю глаза на Андрея Викторовича.

— Вы слишком много себе позволяете, — стискиваю челюсти.

— Знаю, — спокойно отвечает он. — Но иначе вы снова сбежите в голову.

Хочу сказать, что не сбегаю… что у меня просто есть мозг, которым я привыкла пользоваться… что этот мужчина не имеет права так точно видеть меня насквозь. Но слова не идут, потому что внутри что-то болезненно дергается от его фразы.

Сбежите в голову.

Да, я именно так и делаю — сбегаю в голову. Снова и снова. Думаю, анализирую, вспоминаю, сравниваю, выстраиваю стены. В голове безопаснее, можно спрятаться от тела, которое помнит прикосновения, от сердца, которое однажды уже поверило не тому человеку, от желания, которое сейчас, против моей воли, медленно просыпается рядом с этим мужчиной.

— Держите шар вот так, — Андрей Викторович показывает, но я все равно делаю неправильно.

Очередной бросок снова выходит ужасным. Шар уходит в сторону, в желоб, и я раздраженно выдыхаю:

— Да что ж такое…

— Вы слишком зажимаете кисть, — констатирует мужчина.

— Может, просто у меня нет таланта? — тяжело и немного обреченно вздыхаю.

— Талант тут ни при чем, — хмыкает Андрей Викторович.

— Очень утешительно, — закатываю глаза.

Хочется обидеться на мужчину, но почему-то не могу. Где-то глубоко внутри себя понимаю, что сейчас напоминаю маленькую девочку, которой нужно все и сразу, иначе она разрыдается.

— Вам нужно почувствовать движение, а не пытаться командовать шаром, — объясняет доктор.

— Я не командую шаром! — Ага-ага, еще бы и ножкой топнула.

Как Андрей Викторович терпит меня и мое сегодняшнее поведение? Похоже, у него действительно ангельское терпение, раз он совершенно спокойно произносит: