Онлайн книга «Измена. Всё, что от нас осталось»
|
«У нас гости. Дверь не закрывается, боюсь спать». «Бухают?» «Да» «Точный адрес мне сбрось». Пока ехал, передёргался весь. Вроде вот, какое мне дело до неё? Не общались почти...Но ребёнок ведь...свой, хоть и нежеланный. Как её оставить? Не виновата она в моих ошибках... По лестнице поднимаюсь, злиться начинаю: на лестничной площадке, перед квартирой, синяк сидит. Вонь такая, хоть нос затыкай. Давно, по ходу, фестивалят... Дверь настежь. Захожу... Настя в коридоре стоит, одетая уже, трясётся вся... — На-астьк, — раздаётся из глубины квартиры, — жрать приготовь... Она вздрагивает. — Документы собрала? — спрашиваю у неё. — Он же не пустит меня потом, — шепчет. Глаза по полтиннику, как у меня в детстве, когда страшно мне было. Даже сердце прихватило от её взгляда испуганного. — Ты жить что ли здесь собралась? Поехали...- киваю подбородком на выход. — Я кому сказал...- ещё один, давно непросыхающий, на горизонте появляется... — На хуй пошёл, — не сдерживаюсь. — Ты кто такой вообще? — Дед Пихто... Насть, пошли, — беру её за рукав. — Это дочь моя, — хватает он её с другой стороны. Отталкиваю его от неё, — он падает. Настя взвизгивает, но помогать ему не бежит, слава богу. Беру её за руку, и вытаскиваю из квартиры, пока дружки его не очухались. Она не сопротивляется. Впереди меня по ступенькам семенит. Хотел на переднее сиденье сесть, но посмотрел на неё: как трясёт её от страха, — сел рядом. Обнял. Не должна она расплачиваться за мои ошибки. Не должна... * * * — Борь, — с утра пораньше другу звоню. Настя уснула под утро, а я так и не смог. Всякие разные мысли голову одолевали. Отключиться так и не получилось. — И что делать планируешь? — спрашивает друг, выслушав мою увлекательную историю. — Заберу, не оставлять же её здесь. После вчерашнего, других вариантов у неё и нет. — Ты не можешь её просто так забрать, ты ей никто. — Да ты её не видел просто, сразу видно, что моя..., - начинаю возмущаться, не вкуривая от недосыпа, что он мне вот сейчас сказать пытается. — Да никого не волнует, что ты её своей дочерью считаешь. По документам у неё другой отец. — У неё паспорт есть, ей четырнадцать... — Она не может проживать отдельно, без согласия родителей, а родителем её единственным, является он... — И что делать мне? Я не могу оставить её здесь... — Не дури Кох... — Борь, помогай..., - прошу. Звонок его сбрасываю, сразу Анжелку набираю... Она с претензий, естественно, начинает. Пропускаю мимо ушей её речи гневные. Дожидаюсь, пока выговорится, и, долго не думая, ошарашиваю её новостью, что не один приеду...с дочерью. — У нас что детские дома упразднили? — я аж охренел от её предложения. — Это при живом отце? — огрызаюсь. — Да какой ты отец ей Кох? Ты её что, воспитывал? Думаешь, денег дал, и всё, отцом можешь себя считать? Да нихрена ты ей не отец..., - злость накатывает от её обвинений. Аж руки трястись начинают. Умом понимаю, что, в какой-то степени, права она. Не воспитывал я её. И появлению её не радовался. Но от осознания всего этого, только хуже сейчас становится. И всё решил я уже для себя. Вот в тот момент, когда заехал за ней в тот клоповник, что домом она называла, всё тогда уже и решил. Каким бы сволочью ни был я по жизни, но своих в беде никогда ещё не бросал. И её не брошу. |