Книга Ну, здравствуй, жена!, страница 167 – Татьяна Абалова

Гердих собирался держать лорда Ханнора подальше от своей дочери. Чтобы та жила спокойно, пока ее отец и брат развязывают узел, завязавшийся по вине опального лорда.

А тут такое - Изегер готовится отправиться к праотцам.

— Прошу тебя, Гердих...

От больного исходил тяжелый запах. Цессир знал, как быстро загнивают раны, полученные в степи. Трава, не трогая своих, врагов режет словно лезвием. У него самого есть такие шрамы. Если рана одна, с ней еще можно справиться, но если ими покрыто все тело...

— Хорошо. Я приведу Джулию.

— Ты всегда был мудр, Гердих, - Дульф вытер прозрачную слезу.

Цессира не провожали. Особняк был пуст: ни служанок, ни звона посуды на кухне, ни запаха готовящейся пищи. Шаги отдавались эхом.

Выйдя на воздух, лорд Цессир взглянул на серое низкое небо и поправил ворот плаща.

Слуга открыл дверцу кареты.

Трясясь по мостовой, Гердих изводил себя вопросом: идти к королю с докладом или нет? От этого решения зависела не только карьера, о которой главный сыщик королевства пекся долгие годы, но и сама жизнь.

«Стоит доложить, что жена Изегера - моя дочь, как Магистр тут же вывернет ситуацию наизнанку: скажет, что мы специально скрывали этот факт, чтобы втайне завладеть строном Ханноров. Такой «подлости» Элькассар нам не простит. Ссылка для Гаррона, казнь для меня, а Джулию вместе со строном отдадут какому-нибудь королевскому бастарду, и станет она, как и Дэйте, производить на свет Рвущих Пространство. Еще один магический артефакт послужит укреплению королевского рода. Попробуй теперь доказать, что появление моей дочери в южной крепости не умысел, а стечение обстоятельств».

Карета остановилась у парадного входя в городской особняк Цессиров.

Лорд вышел и с удивлением обнаружил, что ступени замело. Он, погруженный в мысли, даже не заметил, что начался снег.

— Где леди Эйжения?

— На заднем дворе играет с Кольбо.

Кольбо, огромный и достаточно суровый пес, с первых же дней проникся любовью к новой хозяйке. Он спал у входа в ее комнату, и чтобы пробраться в спальню Эйжении, нужно было сначала преодолеть сопротивление огромной туши и кучи острых зубов, которые легко могли вгрызться в глотку того, кого Кольбо посчитает врагом.

Цессир прошел в свой кабинет, откуда был виден внутренний сад.

Джулия гоняла пса по поляне. Одетая на мужской манер, к которому привыкла у урийцев, она выглядела подтянутой, сильной и довольной жизнью.

Пес призывно залаял и получил снежком в нос. Фыркнув, он принялся нарезать круги вокруг смеющейся девушки.

«А если не докладывать королю? Погодить? - вернулся к размышлениям Гердих. - Лорд Ханнор умрет, моя дочь окажется свободной... и никто, никто не сможет доказать, что Эйжения и Джулия одна и та же женщина. Останется только решить, что делать с родовым амулетом».

Лорд провел пальцем по стеклу, с другой стороны которого снег оставлял мокрые следы.

Джулия заметила отца и помахала рукой. Он ответил сдержанной улыбкой и кивком.

«А если не снимать со строна Упыря? Пусть прячет родовой амулет до самой смерти моей дочери. А когда это произойдет (я буду молиться святой паре, чтобы жизнь ее была долга и счастлива), строн вернут в казну как вновь найденный. Все довольны, король в том числе. Но тогда... тогда моей дочери до самого последнего дня носить маску Эйжении. И лишь Тень обретет ее настоящее лицо. Но кому нужна Тень, чтобы сравнивать ее лицо при жизни и после?»