Книга Развод. Не время сдаваться, страница 1 – Оксана Рэй

Запах его любимого рагу, который я томлю уже долгое время, чтобы мясо таяло во рту, теперь кажется мне удушающим. Мне словно не хватает кислорода. Девять вечера. Кухонные часы отстукивают каждую секунду гулким, назидательным тиканьем. Из гостиной доносится приглушенное шуршание. Наша дочь, наша шестилетняя Полина, уже в пятый раз подбегает к двери и прикладывает ухо к дереву, в наивной надежде уловить звуки лифта.

— Мам, ну когда папа придет? — она отрывается от двери и надувает губки бантиком. — Я хочу обнять его перед сном! — Скоро, рыбка, — мой голос звучит так фальшиво, что хочется тут же проглотить слова обратно. — Ты так и вчера говорила, но он не пришел. — Сегодня он обязательно придет и обнимет тебя перед сном, — мне не хотелось ей сейчас врать, но я и сама надеюсь, что он приедет сегодня раньше, чем обычно. — Иди, пока, сделай ему открытку.

Последние месяцы... Нет, последние полгода. Как бы я ни хотела, но в голову лезут черные, липкие мысли. Я их прогоняю, но избавиться от них так и не могу.

Завязывай, Марина. Проекты. Дедлайны. Он просто выжат как лимон. Просто устал.

Усаживаю Полю рисовать, а сама возвращаюсь к елке. Это ее маниакальная идея — поставить елку в ноябре. "Чтобы Новый год побыстрее пришел, мамочка! И желание исполнилось!". Свое желание она шептала мне на ушко: "Хочу, чтобы мы зажгли эти… как их, мам? Светяшки во дворе и смотрели салют. Все вместе!".

— Мам, — Поля вбегает в гостиную, вся сияя, и хватает меня за руку, — а Дедушка Мороз точно не перепутает? Принесет тот самый кукольный дом? — Если ты вела себя хорошо, то он точно ничего не перепутает, — глажу ее по шелковистой головке. Всматриваюсь в черты. Вылитый он. Те же серые глаза, густые ресницы, ямочка на подбородке. — Я очень-очень хорошо себя вела! Правда? — она смотрит на меня с таким доверием, что сердце сжимается. — Конечно, солнышко. Иди дорисовывай. Папа будет в восторге.

Она упрыгивает, а я застываю с последним елочным шаром в руке. Он не простой. Хрустальный. Тот самый, с царапиной у основания, который мы купили, будучи нищими студентами, поклявшись друг другу в вечной любви перед таким же дешевым искусственным деревцем. Этот шар — наш талисман.

В девять тридцать тишину нарушает телефонный звонок. Сердце проваливается в пятки, а горло сжимает подлое предчувствие.

Неужели снова задерживается?

— Алло? — выдыхаю я. — Марин... — его голос. Пустой. Уставший. Безразличный. — Не жди меня. Ложись. — Снова? Сережа, что-то не так? — я впиваюсь в трубку, что пальцы белеют. — Нет. Работа. Всё нормально.

Он скидывает вызов. Гудки. Длинные, пронзительные. Они впиваются в виски, будто сверлят мозг.

Ни пока, ни милых слов. Я стою, как идиотка, и слушаю их, а внутри что-то трескается с тихим, страшным хрустом. Начинается паника. Нет, с чего эти мысли. Конец года. Проекты. Дела. Надо просто подождать. Всё наладится.

— Мам, — доносится из комнаты голосок Поли. — Я всё! Иди скорее!

Я бережно кладу хрустальный шар на стол и иду к Поле. Сергей и сегодня не обнимет ее перед сном. Потираю устало глаза, пытаясь уже придумать оправдание для завтрашнего утра.

Еще вчера я обещала ей почитать сказку. Захожу к ней в комнату, она уже сидит в кровати, укутанная по подбородок одеялом, и от этого ее лицо кажется еще более кукольным.