Книга Болотное предание, страница 52 – Ольга Лопатина

Всё же как старший сын Усыня после того, как Творислав отбудет в светлый Ирий, унаследует княжество, а значит и Радмила станет будущей правительницей. А потом Усыня привел меньшицу, которая была дочерью мерянского воеводы. Вот её-то старший княжич полюбил, к её речам прислушивался, а водимой жене оставалось только локти кусать да слёзы глотать. Гордеслава жалела жену брата, но к этой жалости примешивалась изрядная доля презрения. Как это водимая жена не может поставить на место нахальную меньшицу? Радмила была скромна, послушна и благоразумна. Она даже на челядинок голос не повышала. Так и вековала полузабытая суложь княжича в своём тереме, вышивая полотно золотыми нитями, да роняя мелкие слезинки, чистые, как горный хрусталь, на свою работу. Туров был далеко от Мурома, на защиту батюшки Радмиле не приходилось рассчитывать. У Туровского князя дел было много, чтобы думать о судьбе дочери, которую он считал удачно пристроенной.

Поэтому Творислав отказывал всем женихам из дальних земель, до которых дошла слава о красоте его дочери. И хазарский хан, бывший уже в почётных годах сватался, и древлянский князь сватов засылал и норвежский ярл пленился красотой и живостью Гордеславы. Но когда Творислав получил возможность заключить союз с сыном былого врага, то он уже не сомневался в том, что его дочери повезло. Златокаменск находился относительно недалеко от Мурома, можно ездить друг к другу в гости и осведомляться от торговых людей, как его дочка поживает. Да и о княжиче Яронеге говорили много хорошего. И хоробр отважный, сам рати в сечь водит, кочевников от своего княжества далеко отогнал, как только батюшку принесли в жертву, сразу решил заключить мир с соседним князем, значит, Боги его разумом не обидели. Понимает молодой князь, что худой мир лучше доброй ссоры. Предпочитает жить с соседями в мире, но кочующим народам спуску не даёт.

Гордеслава не противилась отцову решению, но про себя решила, что сумеет так себя зарекомендовать и поставить, что будущий муж будет с ней считаться. Она не Радмила безответная, которая только умеет, что рукоделие слезами поливать да головой кивать. Человеку дар речи дан, чтобы он за свои права боролся, а не как рыба отмалчивался. Жалко только Радмилу, которая будет вынуждена терпеть разные обиды от Томши. Только Гордеслава умела ставить на место надменную меньшицу своего старшего брата. А теперь Томша с трудом скрывает свою радость от того, что Гордеслава наконец-то уезжает. Известно, когда кот из дома отлучается, то мыши хороводы водят. Творислав не вмешивался в жизнь старшего сына, у остальных братьев и их жён хлопот и без этого хватало.

Яронег сразу пришёлся по душе молодой жене. На такого можно заглядеться будь он простым воем, а он правитель целого княжества. Князь поначалу отдавал должное красоте своей жены, но выказывал гнев, когда она пыталась вмешиваться в государственные дела. С этого-то всё и началось. Словно змея подколодная, душила Гордеславу обида горькая. Как это к её соображениям муж любый не хочет прислушиваться, а к волхву безродному за советами бегает?

Среди своих прислужниц Гордеслава особо отличала Милаву. Была она боярской дочерью, но от хазарской рабыни рождённой. Отец её Сушко пользовался особым расположением покойного князя Гостобрана, но Яронег казнил любимца жестокого отца. Однако дочь казнённого боярина обиды не выказывала, а напротив терпеливо выслушивала сетования княгини. Другие боярыни, особенно те, кто постарше, осторожно пытались поучить Гордеславу уму-разуму и покорности супругу. Их она сразу невзлюбила. Мало, кто любит, когда ему указывают на недостатки, особенно, если это делают в снисходительной манере. Избалованная Гордеслава, которую все холили и лелеяли, была очень высокого мнения о собственной персоне. А Милава никогда не перечила своей надменной хозяйке, со всем соглашалась, говорила только приятные вещи. Она же и поведала, что этот Велислав был нелюбимым сыном купца, который за какую-то провинность чуть не до смерти сына забил. Жалко стало Гордеславе волхва, но собой помыкать она никому не позволяла. Когда Велислава услали, она обрадовалась. Два медведя не живут в одной берлоге. А теперь, когда волхв рассказывал про лесные чудеса, княгиня слушала с благосклонной улыбкой. Эти рассказы помогали ей отвлечься от собственного горя. До сих пор плакала она по сыну, которого у неё забрали Боги.