Книга Болотное предание, страница 209 – Ольга Лопатина

— А в Итиле мой отец живёт. Правда, он присмирел.

— Да в каждой реке свой водяной хозяйничает, — произнесла Пампалче очевидную даже глуздырю фразу. Но в её устах эти простые слова отдавали полынной горечью.

Наконец Ярополк обратился к Чистозване со следующими словами:

— Я надумал.

— Да? И что? — взволнованно произнесла молодая женщина.

— Я спрашивал бабу, но она сказала, что на всё воля богов. Тогда я спросил богов. Солнцева мать ответила, чтобы я не докучал ей такими пустяками, а то она озлится. Вот интересно, почему все толкуют про волю богов, которые, как и волхвы, не желают вмешиваться в дела простых смертных. И тут меня осенило. Ты должна всё рассказать Велиславу. И спросить у него совета. Твой суженый коварен, как Локи.

— Но как? Ты долго думал?

— Почти месяц.

— Яронег же его друг.

— Как любит говорить баба, с медведем дружись, а за топор держись. Яронег всё равно, что твой медведь. Он владеет медвежьей шкурой, благодаря Велиславу, вот и стал подобен лесному хищнику.

— А ты как задружился с лисёнком, так перенял от него запас хитрости, — вздохнула Чистозвана.

Страшно ей было поведать всё Велиславу, но она не видела другого выхода. Можно было бы пробраться в княжеские покои да вонзить в грудь супостата ножик булатный. Кто подумает на пленницу? Но шкура охраняла Яронега лучше, чем сотня гридней. Пять дней промаялась Чистозвана сомнениями. На шестой она поведала обо всём Велиславу. Молодушка думала, что будет краснеть, запинаться, но её речь лилась спокойно, как журчащий лесной ручей. И сама Чистозвана казалась бесстрастной, только то и дело теребила свою ферязь, расшитую золотом и жемчугом. Молчание казалось бесконечно долгим. Долгим, как ненастный день после погожести. Чистозване, казалось, что они с Велиславом обратились в камни, как всезнающий карлик Альвис, узревший солнце. Сама Чистозвана порой ощущала себя сродни подземному народу, который живёт и радуется только в кромешной тьме, ибо солнце сулит гибель троллям и гномам. Так и она теперь радуется заходу дневного светила, поскольку это означает для неё свободу. А днём она дремлет, как сова, уставшая от ночной охоты. Тёмные глаза кудесника казались неподвижными и пустыми, словно слова Чистозваны забрали у него радость, ибо даже, сидя в тёмном порубе, он не позволял себе раскисать. От людского настроя тоже многое зависит. Скажет себе человек, что он неудачник и рой злыдней, а то и само Лихо к нему прицепится. Велислав словил Лихо на свою шею. Но он никогда не опускал руки. Борьба до изнеможения сил, стремление выгрызть у Недоли свою жизнь и жизни своих близких объединяло их с Чистозваной. Такие люди никогда не сдаются. От такого человека отцепятся любые злые духи. Ибо нежить не любит непокорства. Им, как и многим людям, проще прицепиться к слабому, который не может дать отпор. Хрупкую лозу сломать проще, чем вековой дуб. Хотя многие деревья даже лесорубам себя не дадут в обиду.

Когда она уже не ожидала ответа, Велислав заговорил, поразив собеседницу лютью и металлом, звучавшими в каждом слове. Это холодное бешенство заставило Чистозвану задрожать, как дубовый листок, который качается под неласковым дыханием стрибожьих внуков. Казалось, что гнев Велислава готов пролиться на неё так щедро, как прозрачный дождь — на порыжевшую от зноя землю. Несколько месяцев назад дождь соединил их. Теперь же ей казалось, что всё кончено.