Книга Болотное предание, страница 139 – Ольга Лопатина

— А кто ещё мог обручиться с девицей, которую я назначила в свои преемницы? Мог бы мужнюю жену сманить. Ему не привыкать. Мог бы на светлокосую красавицу внимание обратить. Ему всегда были любы рослые да статные. Но нет. Всё наоборот сделает. Ладно уж. На Чистозване свет клином не сошёлся. Да и тебя, мой мальчик, надо вырастить. А потом подрастёт новая смена. Только в следующий раз умнее буду. Так мне и надо старой дуре. Но всего предусмотреть даже Боги не могут.

— Ба, ты не старая и не дура. Вот мать моя дура, а бывшая прабабка старая.

— Ладно, краснослов. Пойдём в избушку, а то гостьи подумают, что мы невежливые люди. А с Кощеем я ещё разберусь.

Мрачная была Баба-Яга, когда вернулась в избушку на курьих ножках.

— Вот что, дщерь Беломила, не буду лукавить теперь. Хотела я тебя к себе в услужение взять да преемницу воспитать. Но мечтать никому не возбраняется. Не кудесник, а Кощей приковал тебя к себе обручальной цепью. Я отступаю перед его волей. Если бы ты хотела бороться, то я бы тебя поддержала. Но ты разочаровалась в людях, вот и тянешься к иному. Не мне тебя осуждать, славница. Хотя ты уже обручённая невеста. Если дева по доброй воле надевает обручье, то сам Сварог его не сломает. Что же, мне не привыкать к перемене планов. Череп я забираю себе. А взамен я отдам тебе Вадима или Оленя. Выбор за тобой. Ярополка не отдам, как не упрашивай.

— Я бы и не стала просить. Ребёнку лучше с вами, чем с матерью. Ведь Ярополк мог просто прийти, но он среди ночи стал искать зеркальце, чтобы угодить вам. Он, словно светится изнутри, радуется жизни и боится, что его заберут. Как же много потерял князь Яронег, услав своего брата. А ведь Ярополк за вас жизнь отдаст.

— Я ещё поборюсь за свой престол, — решительно сказал малец. — Кто знает? Возможно, я стану князем какого-то дальнего племени. А Яронег не смог удержать власть в своих руках. Допрыгался, козлик молодой.

Эти слова звучали так комично в устах глуздыря, что девушки тихо засмеялись, даже Яга мимолётно улыбнулась.

— Яронег вообще многое потерял. Но такая у него Недоля. Ни Гордеслава, ни Милава больше не любят его. Хотя он мог бы прожить свою жизнь по-другому. Он дважды предал Милаву и постоянно предавал Гордеславу. А ведь обе женщины необыкновенные, и каждая любила его. Он не только княжество скоро потеряет, но и саму жизнь. Хотя я не провидица. Так каков будет твой выбор?

— Возлюбленного я в любой момент найду. А дедушка у меня единственный. Поэтому я выбираю Оленя.

— Быть посему.

Свинья обиженно надулась, как мышь на крупу. В её голове билась одна единственная мысль: «Неужели, всё это было напрасно?». Даже дышать стало трудно от боли, обиды и безысходности. Но следующие слова Чистозваны пристыдили её подругу.

— А Вадима мы спасём собственными силами.

— В самом деле? Это даже интереснее.

— А как вы договоритесь с болотником?

— Никак. Мы пойдём к Гордеславе и возьмём у неё бредень или невод из крапивы.

— Хм. Что-то в этом есть. Тянуть топляка неводом, сплетённым мёртвой красавицей. Рационально. Но чтобы вытянуть Вадима нужно, чтобы болотная руда обратилась в золото. А потом его надо будет оживить.

— За этим дело не станет. А как обратить руду в золото?

— Вот этого не знаю. Ну или на худой конец кинуть золото, чтобы умилостивить болотника. Можно заменить его другим человеком.