Книга Корпус тайных наук, страница 132 – Саша Мирович

Витольд послушался, не желая мешать чужому чародейству, и часа два наблюдал за тем, как Алексис торопливо что-то пишет, зачеркивает, снова пишет, сажает кляксы, а заодно тихо ругается последними словами и превращает свои волосы в воронье гнездо.

Небо уже начинало постепенно светлеть, а глаза – невыносимо слипаться, когда подошла очередь Витольда действовать. Отгоняя сонный туман в голове, он старался сосредоточиться, медленно и бережно, как ни на одном уроке, вплетал нити в созданные Алексисом строки, вливал в них столько чародейской силы, что то и дело становилось дурно, не хватало дыхания. Когда Витольд закончил, перед глазами висела серая пелена, от напряжения дрожали руки.

— Все, – хрипло сказал он, отступил от конторки и неловко упал на кровать Алексиса. – Я теперь посплю, полчаса хотя бы… – Он попытался уткнуться лбом в тощую подушку.

— Так, нет-нет. – Его тут же перехватили сильные руки Жанно, не давая устроиться поудобнее. – Ты вернешься в свою комнату и полчаса поспишь там, а потом я тебя разбужу и мы все вместе отправимся на математику, чтобы не вызывать подозрений.

Уже не в силах сопротивляться, Витольд дал отвести себя в комнату и совершенно не запомнил, как рухнул в постель и заснул без памяти. Во сне он был огромным вороном, летел в полнолуние по темному небу и ловил на крылья падающие звезды. Ему казалось, что не может быть большей свободы и нет на свете силы, способной хоть в чем-то ему помешать или остановить его. Сон этот наполнял чувством, будто в самой его крови живет магия, и не должен был закончиться никогда.

Против Жанно Рощина сон, к сожалению, все-таки оказался слаб: тот, выполняя обещание, безжалостно поднял Витольда и поволок сперва умываться, а потом и на математику, которую вел Вильгельм Карлович.

Числа, знаки, уравнения, формулы – все, что давалось Витольду с легкостью, сегодня никак не желало умещаться в голове. Он с трудом вчитывался в условия задач и раз за разом тратил вдвое больше времени, чем обычно, чтобы их решить.

Профессор смотрел на него все более обеспокоенно, пока наконец не остановился рядом и не поинтересовался вполголоса с неожиданным сочувствием:

— Вислоцкий, что с вами? Вы слишком бледны и, кажется, едва понимаете меня весь урок.

— Я… – Витольд поднял на него глаза, облизнул сухие губы. – Все хорошо, Вильгельм Карлович, простите мою невнимательность. Это просто мигрень, – он слабо улыбнулся. – Часто не дает мне покоя осенью. К вечеру должно пройти.

— Нет, это решительно никуда не годится, – профессор нахмурился. – Вы не будете заниматься у меня с приступом мигрени. Марш в лазарет, спросите там у Шлегеля какое-нибудь средство или, не знаю, хоть нюхательную соль. Быстро, поторопитесь!

— Вильгельм Карлович, позвольте, я провожу Вислоцкого? – послышался негромкий голос Елецкого. – Ему, кажется, очень дурно.

— Да-да, идите вдвоем, вы мне сейчас не слишком нужны, – Вильгельм Карлович махнул рукой, явно давая понять, что больше не намерен тратить время ни на чьи недомогания.

Уже за дверью кабинета Елецкий подхватил его под локоть и решительно потащил куда-то. Особенных сил сопротивляться не было, Витольд даже не слишком хорошо понимал, куда это они направляются.

— Прекрасная идея сказаться больным, – улыбнулся Александр, на ходу оглянувшись на него. – Так у нас будет дополнительное время.