Книга Корпус тайных наук, страница 128 – Саша Мирович

Федя смотрел на Витольда и его бумаги со смесью недоверия и надежды. Потом осторожно, очень тихо спросил:

— А ритуал сработал только потому, что этот Дюнуа действительно был бастардом? – Он прикусил губу. – Он может восстановить эту самую «сломанную ветвь»… сломанную связь или как там… в общем, вот это самое с законным отцом?

— В том-то и дело! – отозвался Витольд. – Там сказано, что ритуал работает, если каким-то образом нарушена связь с «истинным отцом», понимаешь? Я спрашивал тебя о бастарде для точности, описание говорит, что ритуал в принципе восстанавливает или укрепляет кровную связь. Как я понял, она может быть сломана, если кто-то знает, что он бастард, смирился и принял это, или, например, если он просто «чужой для родных ему». То есть это интерпретируется по-разному и должно срабатывать во многих случаях. И сработав, «выстраивает для магии прямые дороги в венах того, кто ее носить в себе должен». То есть он, по сути, чинит магию, которая работает как-то не так, понимаете?! – Под конец Витольд не сдержался и повысил голос, обводя взглядом собравшихся.

Не дожидаясь, пока отреагирует кто-нибудь другой, Федя вскочил с места. Его глаза полыхали таким огнем, что Алексиса буквально опалило его воодушевлением.

— Если все так, как Витольд говорит, то должно получиться! – воскликнул он. – Но я не юстициар, да и вообще ничего не знаю о средневековой магии и не справлюсь один. Поэтому я должен спросить вас: вы со мной?

— Конечно, с тобой! – первым откликнулся Алексис. Он был твердо намерен в случае необходимости уговаривать всех остальных любыми способами и сколь угодно долго. Где-то впереди, в лучах рассвета, для него сейчас реяла французская орифламма.

Со стороны глубокого кресла послышался вздох, а потом оттуда выглянул Тося.

— Мне кажется, это опасно, – грустно сообщил он. – Судя по тому, что рассказал Витольд, этот де Каньи пишет образно и не всегда точно, и можно что-то понять, а потом и сделать неправильно. И уточнить не у кого. Вы можете оказаться в трудном положении, а раз так… – Тося снова глубоко вздохнул, – вам понадобится медик. Так что я с вами.

Алексис, уже изготовившийся спорить, уставился на Тосю, а потом рассмеялся:

— Тося, только ты можешь подробно объяснить, почему авантюра, которую мы затеяли, ошибка, а потом принять в ней участие.

— Ну… – Тося пожал плечами. – Вам ведь правда может понадобиться помощь.

— Озерцев, мой самый драгоценный в мире целитель, у меня нет друга лучше тебя, – прочувствованно сказал Федя, улыбаясь ему.

— Подождите, – подал голос Жанно. – Я правильно понимаю, что мы собираемся прямо здесь, в стенах Корпуса, втайне от наставников, да и вообще от всех, провести малоизвестный средневековый ритуал, не использовавшийся с пятнадцатого века? – Он грозно скрестил руки на груди. – Я верно уяснил вашу мысль?!

На несколько секунд стало тихо. Алексис переглянулся с Федей, Федя – с Витольдом, и наконец тот, пошуршав бумагами, педантично отозвался:

— Предположительно он использовался в конце шестнадцатого века и, возможно, еще раз в семнадцатом.

— А, ну это, конечно, полностью меняет дело! – фыркнул Жанно. Неверяще покачал головой и сказал: – Вы прямо у меня на глазах договариваетесь вместе сунуть головы льву в пасть. У меня волосы дыбом становятся, когда я представляю себе все, что может пойти не так!