Книга Эпифания Длинного Солнца, страница 443 – Джин Родман Вулф

Сийюф обернулась к вошедшему в комнату толстяку.

— Тебя я знаю. Видела на портретах. Ты – Потто из Аюнтамьенто, желающего войны с нашим городом. Раз между нами война, вы, видимо, победили.

Уселся Потто с опаской, явно не доверяя прочности кресла.

— Ах, если б одно ее объявление решало все дело!..

— Я – советник Тритон, – представился круглолицый незнакомец, вошедший следом за ним, протянув Сийюф руку. – В Аюнтамьенто совсем недавно.

Рукопожатием Сийюф не пренебрегла.

— А я – Сийюф, ваша пленница.

— Надеюсь, обращаются с тобой как подобает?

Потто тоненько захихикал.

— До сих пор с ней, кузен, обращались весьма недурно. Кстати, раз уж ты теперь советник, произвожу тебя в нареченные кузены. Не возражаешь?

Оозик звучно откашлялся.

— Вероятно, мне следует обрисовать положение дел целиком, генералиссима.

— К чему? Вы говорите, между нами война. Я вам верю. А потому назову имя и звание. Только имя и звание, и больше никаких сведений. Желаете обменять меня? Согласна.

— Желаем, и даже очень, – подтвердила майтера Мята.

— Тогда после я буду драться с вами. Жаль, но придется. Заставить меня отвечать на ваши вопросы вы не можете…

Потто вновь захихикал.

— А я точно так же не могу заставить вас отвечать на мои. Но один все же задам. Скажи, Мята, вы будете драться со мной заодно или продолжив драться между собой? Ответ пригодится и мне, и моей орде, когда я вернусь к ней.

— Вирон вновь един. Такова была заветная мечта нашего кальда, и я с радостью сообщаю, что мы претворили ее в жизнь.

Потто затрясся от смеха.

— Вот погодите, узнает он, что мы на одной стороне!.. Ох, погляжу я на него, ох, погляжу, как он такое примет!

— Засияет от радости. Знал бы ты его так же хорошо, как я, не сомневался бы ни минуты, – откликнулась майтера Мята и вновь обратилась к Сийюф. – Позволь, я кое-что объясню, поскольку все дело зависит от того, чтоб ты вполне понимала, с чем придется столкнуться твоим бойцам. Мы не только примирились между собой, но дали городу новую власть. Наш договор основан на двух положениях. Во-первых, управлять городом надлежит согласно Хартии – то есть в городе должен быть кальд и Аюнтамьенто. По обоюдному согласию сторон, кальд Шелк…

— Мой пленник, – перебила ее Сийюф.

— Вряд ли, – подавшись вперед и опершись локтями о стол из сосновых досок, загремел Оозик. – Возможно – возможно! – он пленник вашего города. У нас достоверных вестей о нем пока нет. Это и есть один из вопросов, которые нам надлежит обсудить.

Сийюф перевела взгляд на майтеру Мяту.

— Ты начала рассказ о Хартии вашего города, однако этот человек тебя перебил. Продолжай. Все это весьма интересно.

— По-моему, все это жизненно важно. Дабы заручиться благоволением богов, нам надлежит править согласно дарованной ими Хартии. К чему мы стремились с самого начала и вот, преуспели.

— Я бы спросила, кто возглавляет ваше правительство, но ты говоришь, это Шелк, а его здесь нет. Кто из вас командир? Ты?

Майтера Мята отрицательно покачала головой.

— В военных делах я подчиняюсь генералиссимо Оозику. В делах гражданских – советнику Потто, секретарю Аюнтамьенто.

— В таком случае ты здесь ни к чему, – рассудила Сийюф и повернулась к Тритону. – Ты, полагаю, тоже. Однако оба вы сидите за этим столом, а еще одно место свободно. Очевидно, вы переняли наш обычай, велящий каждому приводить с собой подчиненного? В этом и состоит нужное мне объяснение? Ты с Потто, Мята с Оозиком, а со мной… вероятно, Фиалка? Должна сказать, мне в это верится плохо.