Книга Эпифания Длинного Солнца, страница 184 – Джин Родман Вулф

Незрячий бог легонько потянул его за руку.

— В эту яму мы, Чистик, выбрались из другой ямы, меньшей. Не видишь другого пути наружу, лучше всего вернуться назад, в подземелья. Выходов на поверхность внизу полным-полно, и я знаю их все.

— Минутку, косарь-то мой где? А, вижу!

Выпустив Синель, Чистик поспешил к стенке ямы, выдернул из грязи полусаблю и вытер клинок о рубашку.

— Чистик, сын мой…

Чистик пугнул Наковальню острием клинка.

— Давай обратно, патера, полезай вниз, пока цел! Сам Тартар нам так велит, и он кругом прав!

Снижение пневмоглиссера заметно убыстрилось. Как будто действительно падает? Приглядевшись, Чистик убедился: да, точно, падает… только не прямиком вниз, как другие вещи. До последнего момента ему казалось, что пневмоглиссер, достигнув земли, встанет на попа, но нет, машина, боднув дно ямы углом капота, перевернулась вверх дном.

Тем временем с высоты много быстрее понеслось вниз крохотное черное пятнышко, за миг до удара в выщербленный парапет стены Аламбреры обернувшееся чем-то вроде стрелы. Удар – и над брешью вновь взвился столб дыма и пламени. На сей раз разлетевшиеся в стороны, точно мякина по ветру, глыбищи крылокамня не уступали в величине крестьянским домикам… определенно, такой красоты Чистик еще не видал!

— Шелк тут! – с гордостью объявил Орев, грузно приземлившись к нему на плечо. – Птичка… пр-ривел!

Носовой люк рухнувшего в яму пневмоглиссера с грохотом распахнулся…

— Ухорез! – завопила Синель. – Пошли, Ухорез, пошли! Нам же назад, вниз надо!

Чистик с досадой отмахнулся от ее криков. Стена Аламбреры приняла последний, смертельный удар. Множество трещин, разбежавшихся от парапета вниз, канули в землю и спустя секунду-другую, точно по волшебству, продолжили бег по крылокаменной стенке ямы. Земля загудела, зарокотала громче всякого грома. С грохотом, изрядно встряхнувшим землю (а Чистик, надо заметить, и без того с трудом держался на ногах), и стена, и стенка ямы рухнули – рухнули в один миг. Половину ямы завалило лавиной земли вперемешку с камнями и обломками бетонных плит. От пыли отчаянно запершило в горле. Закашлявшись, Чистик шарахнулся прочь.

— Нор-ра… р-р-рухнула, – сообщил ему Орев.

Хмыкнув, Чистик снова перевел взгляд на перевернутый пневмоглиссер. Из кабины выбирались наружу несколько человек, и среди них стройная девушка в алом; ствол башенной скорострелки, противоестественно наклоненный, однако направленный вверх, извергал очередь за очередью, целя по летучим штурмовикам.

— Займись женщиной, – велел незрячий бог. – Ей требуется защита. Женщина – самое главное, а это все несущественно.

Чистик заозирался в поисках Синели, однако Синель куда-то пропала. В нору, из которой они выбрались в яму, один за другим спускались люди – немногочисленные, тощие, точно скелеты. Выбравшиеся из пневмоглиссера со всех ног устремились за ними следом. Сквозь густую завесу пыли Чистику кое-как удалось разглядеть седобородого старика в искрасна-черном и его спутника, рослого, в зеленой рубашке.

— Шелк тут! – каркнул Орев, описав круг над головами пары бегущих.

Чистик нагнал их, как только они двинулись вниз по спиральной тропке. Опираясь на трость, поддерживаемый девушкой в алом, Шелк ковылял довольно-таки быстро, однако Чистик без церемоний вцепился девушке в волосы.