Книга Волны и джунгли, страница 448 – Джин Родман Вулф

Попробовав пальцем спуск, юноша обнаружил, что не способен сдвинуть спусковой крючок даже на толщину волоса.

— Так и тебя тогда тово… за шкирку возьмут. Возьмут, и тово… и пулю в брюхо, как ты мне.

Язык Гуары заплетался сильней и сильней: похоже, вдобавок к пиву он успел хлебнуть бренди, ну а юноша… юноша колебался. Выстрелит ли ружье? Есть в нем готовый к стрельбе патрон или как? Известное дело, пулевые ружья зачастую носят без патрона в стволе, только с заряженным магазином. Чтоб выстрелить, нужно сперва сдвинуть вот эту ручку, спереди… но, как юноша ни дергал, как ни тянул, ручка не подавалась.

— Не можешь же ты… вот так запросто меня пристрелить.

Юноша сглотнул.

— Ладно, допустим. Сделаешь, как сказано, не стану в тебя стрелять. У тебя нож есть. Достань.

— Честно – нет! – снова забормотал черноперый из-под стрехи. – Честно – нет!

— Чтоб ты меня сразу же, с ножом в руке, и тово… пристрелил?

— Нет, – отвечал юноша. – Доставай нож. Не бросишься на меня – стрелять не стану.

Хлеставший с небес дождь усилился несказанно: пелена ливня сделалась так густа, что на миг юноша вовсе потерял Гуару из виду. Возможно, по этой причине ему и удалось заметить, что в окошке таверны полным-полно лиц – в точности так же могла бы выглядеть миска либо корзина, наполненная спелой вишней.

— Ну, вот он, – промямлил Гуара, показав нож.

— Брось в сторону.

Гуара замотал головой.

Тут большой палец юноши нащупал, сдвинул предохранитель, но, не расслышав щелчка за шумом дождя, юноша так и остался в сомнениях насчет готовности ружья к стрельбе.

— Брось в сторону, – как можно тверже, стараясь не показать неуверенности, повторил он. – Брось или тут тебе и конец. Живо!

Палец на спусковом крючке напрягся, потянул спуск… однако выстрела не последовало. Выходит, он не снял – поставил ружье на предохранитель, если, конечно, патрон в стволе вправду есть!

Едва нож Гуары полетел в ночной мрак, юноша вернул предохранитель в прежнее положение.

— А сейчас я вытащу свой, – сказал он, – и для этого мне придется снять палец со спуска, так что, если думаешь броситься на меня, давай. Самое время.

Гуара снова мотнул головой.

— По такой-то грязи непролазной, лохмать ее?

С этим он плюнул в сторону юноши, однако слюну смыло, унесло ливнем почти сразу же, едва плевок сорвался с его губ. Тут юноша заметил, что он слегка покачивается, а может статься, вообще еле держится на ногах, хотя в скудном свете из окошка таверны этого не разглядеть. К лучшему это или наоборот?

«Поди знай», – подумал юноша, вынув из ножен, показав врагу и отшвырнув за спину нож Куницы.

— Честно – нет! – настойчиво каркнул черноперый.

— Точно, тут он полностью прав: пока у меня в руках вот это, о честности не может быть и речи, – заметил юноша, качнув пулевым ружьем. – Так что я прислоню его к стенке. И не схвачусь ни за ружье, ни за багор, если тебе не вздумается до них добраться. Дашь слово?..

Гуара озадаченно поднял брови и, помолчав, кивнул.

— Да, кстати: с твоим дружком Куницей я нынче уже покончил.

Гуара не ответил ни словом.

— Не дал ему ни единого шанса вообще. То есть обошелся с ним в точности как вы трое обошлись с Лилией. Однако ж теперь мне совестно, потому и даю тебе шансов куда как больше, чем вы дали ей.

— Честно – нет! Стр-релять! Стр-релять! – посоветовал черноперый.