Книга Волны и джунгли, страница 305 – Джин Родман Вулф

Далее мне придется перейти сразу к ужину. За ужином нам составили компанию два молодых человека, которым предстояло доставить по назначению письма, составленные мною от имени Инклито, и всем так хотелось побеседовать с ними, что об игре в истории никто даже не вспомнил. Один из них вырос в Бланко, а зовут его Римандо, что означает «промедление» либо «отсрочка», и, по собственным же словам, наречен так, поскольку мать носила его без малого десять месяцев.

— Знал бы заранее, ни за что бы тебя не взял! – объявил Инклито. – Ты ж небось только попоной коня накрываешь чуть не до полудня!

Второй – тот самый наемник, о котором рассказывал Инклито. Зовут его Эко. Стоило мне войти в столовую, он ненавязчиво, еле заметно кивнул хозяину дома.

— Поедут по поручению Бланко доставить мои письма в Новелла-Читту и Ольмо, – пояснил Инклито матери с дочерью. – Дело опасное, о чем прекрасно знают и они оба, и я – все боги тому свидетели. Ну ничего, парни хваткие, как-нибудь да прорвутся. Верно, ребята?

Оба молодых человека кивнули.

— Значит, штурмовики дюко уже идут на нас? – спросила меня мать хозяина дома. – И ты узнал об этом, увидел все, свершив жертвоприношение?

— Как и сообщил всем вам, сударыня.

— И в это придется поверить, – сказал ее сын. – Но кабы боги сообщили Инканто, что дюко пойдет на нас только через месяц, нам все равно пришлось бы считать, что его силы уже на марше. Другие ответы для нас – роскошь не по карману. На большие дороги не суйтесь. Малых по мере возможности избегайте тоже. Чем больше травы под копытами, тем лучше.

— И листьев над головой, – вспомнив Зеленый, добавил я.

— Уж это точно. Старайтесь не попадаться на глаза никому. Езжайте как можно скорее, только коней не загоните.

Вздохнув, Инклито ненадолго задумался.

— По-моему, возможности сменить их вам не представится, но если удастся, меняйте. Наверх, если склон крут, ведите в поводу: пускай конь передохнет малость.

— Им бы уже сию минуту выехать, – впервые за вечер подала голос Мора.

Ее отец отрицательно покачал головой.

— Они же сюда добирались верхами. На сегодня хватит. Пускай сейчас поедят и выспятся как следует. Конюшни у нас хороши, просторны, есть для коней и чистая солома, и вода, и овес с кукурузой. Переночуют, а завтра с восходом солнца отправятся в путь. Меня, – пояснил он, повернувшись к Римандо, – разбудит наша стряпуха Дечина. Она спать ложится сразу же после ужина, а встает раньше всех. После я сам разбужу и тебя, и тебя, Эко. Разбужу и отправлю в дорогу.

Оба кивнули, а я бросил на Инклито многозначительный взгляд.

— Запомните оба: ваша гибель нам ни к чему. Ни к чему, понимаете? Если попробуют задержать вас… ну что ж, удастся уйти – прекрасно, а нет…

Умолкнув, Инклито красноречиво развел руками.

— А иглострелы у них есть? – осведомилась Мора.

Римандо отрицательно покачал головой.

— Гонцам мы не можем выделить ничего, – пояснил ей отец. – Ни иглострелов, ни пулевых ружей, ни даже мечей. Да и зачем им лишняя тяжесть? Им же не биться нужно, а мимо врага проскользнуть.

Тут в столовую вошла Дечина. Уложив громадную тушу, снятую с вертела, на оловянное блюдо соответствующей величины, она церемонно поставила жаркое перед Инклито, а тот, поднявшись на ноги, вооружился вилкой, вполне подходящей для скирдования сена, и разделочным ножом с клинком длиною в мое предплечье.