Книга Волны и джунгли, страница 256 – Джин Родман Вулф

— По-моему, да, – отвечал слепец.

Собственного имени он уже не помнил, названия города, отправившего его со спутниками на Зеленый, тоже – полагал лишь, что кто-то велел им лететь, а как только посадочная шлюпка приземлилась, все они угодили в лапы ингуми. Наконец человек с черным мечом велел слепцу встать, а когда тот встал, постарался помочь ему выпрямиться, чтобы проверить, насколько он высок ростом, однако выпрямить спину слепец оказался не в силах.

— Понимаешь, я вот все думаю: не Чистик ли ты? – пояснил человек с черным мечом. – Не тот ли ты самый Чистик, которого я знал когда-то, убивший человека по имени Гелада? Гелады я сам, правда, ни разу не видел, однако он очень, очень походил на тебя… вот только слепцом не был.

— Так я не слепой, – возразил слепец.

— Волей богов возможно и не такое. Чистик… не говорит ли тебе о чем-нибудь это имя?

Казалось, слепец ненадолго задумался.

— Нет.

— Ну а Синель? Это имя тебе не знакомо?

— Синель? Синель… Синель, – забормотал слепец, словно мусоля, пробуя новое имя на вкус. – Нет, не знакомо, – наконец отвечал он.

Пожав плечами, человек с черным мечом объяснил, что ему поручили.

— Так я тебе покажу! – с готовностью предложил слепец и, не дожидаясь ответа, заковылял вперед. – Эти-то скверные. Хуже некуда…

Тут он захихикал, засмеялся себе под нос, отчего человеку с черным мечом живо вспомнился безумный хохот неких зверей, знакомый по очень, очень похожим местам.

— Скверные, да, – повторил слепец. – До хороших-то, свеженьких не добраться…

Внезапно он остановился как вкопанный.

— А ты до хороших добраться хочешь, до свеженьких, а? Верно я говорю?

Человек с черным мечом поднял полученный в дар огонек так, чтоб оценить выражение его лица, однако, изъеденное язвами, искаженное злобой, лицо слепца оказалось столь жутким, что он немедля сомкнул кулак.

Тела – мужские, женские, детские – заполняли водовод доверху, хотя до потолка туннеля при всем желании не дотянулся бы даже самый рослый человек. Одни, лишь недавно начавшие гнить, страшно раздулись, другие истлели едва ли не до костяков.

— Они их спускают сюда, а я подбираю, – забормотал слепец, – да только жизни в них нет ни капли.

Человек с черным мечом взмахнул оружием, и черный клинок начисто, с одного маха, рассек ногу мертвой женщины под коленом. Пинок, и голень со ступней, упавшая к его ногам, полетела в воду.

— Значит, тебя бросили в клоаку, посчитав мертвым, – сказал он слепцу. – Что ж, это мне вполне понятно, но вот вопрос: отчего ты остался здесь?

Слепец, не ответив, обогнул его и принялся копаться в груде мертвых тел. Заржавленный нож в его руке казался чем-то вроде щупика некой незрячей, бескостной водяной твари.

— Бери что хочешь и ступай, не мешай, – велел ему человек с черным мечом. – Мне дело закончить нужно.

— Я до конца здесь побыть хочу, – сообщил слепец. – Поглядеть, как оно выйдет.

Отодвинул человек с черным мечом его за спину и давай рубить, кромсать, крошить трупы – благо черный клинок рассекал таз взрослого человека легко, словно топор лучинку. Недолгое время спустя зловонные соки тления забрызгали его руку по самое плечо. И вот наконец, когда ему начало казаться, будто он разрубил на части не меньше сотни мертвых тел, вода, до этого лишь сочившаяся сквозь завал по капельке, брызнула струйками, потекла ручейками. От чистоты она, разумеется, была далека, однако человеку с черным мечом показалась чистейшей, и он, отложив в сторону дарованный ему меч с огоньком, поспешил вымыть руки, а заодно ополоснуть лицо.