Книга Волны и джунгли, страница 236 – Джин Родман Вулф

— Но землю ты от него получил хорошую? – спросил я, чувствуя, что понимаю, в чем суть.

— Еще бы! Замечательная земля, совсем как моя, вон там, – подтвердил он, указав вперед. – А взамен отдал землю похуже, да и от Бланко далеко. Отчего она мне и не понравилась.

Я промолчал, вслушиваясь в ночную тишь и ожидая продолжения.

— На родине, в Грандечитте, была у нас мудрая присказка. Ты, должно быть, таких много знаешь.

— Наверное, да… кое-что знаю.

— Может, и эту слыхал. У нас говорилось: если труд – дело хорошее, отчего богачи работать не рвутся? Но вот я теперь богат, а от работы не бегаю. Наоборот. Тружусь, сколько могу.

Вздохнув, Инклито встряхнул вожжами, и лошади медленным шагом тронулись с места.

— Тебе еще интересно, кто живет в моем доме? Кому я верю?

— Да, если ты не раздумал рассказывать.

— Семья. То есть я, моя мать и дочь. О них я уже говорил.

— Но не сказал, что это все.

— Все. Все, кто со мной в родстве. Еще у нас гостит подруга Моры, пока ее отец в отъезде.

— Мора – это твоя дочь?

— Точно так. А подругу ее зовут Фавой. Она тоже с нами ужинать будет. Девочка вроде хорошая…

— Однако ты ее подозреваешь?

Инклито, не выпуская вожжей, развел руками.

— Да тут кого только не заподозришь! А может, никакого шпиона и нет. Остальных перечислить? Всех поименно?

— Пока что просто расскажи, кто они таковы. С именами разберусь позже, по мере надобности.

— Ладно. Работников у меня трое. Один – тот самый кучер, о нем я уже рассказывал. Из всех троих самый старый. Зовут Аффито. На козлах только подменяет меня: повозка в основном для матери. Если ей или Море куда съездить нужно, приводит себя в порядок и везет. Сообразительностью не отличается, но с лошадьми дело знает. Вот, погляди. Взгляни на лошадей: видишь, как взмокли?

Я кивнул.

— Я гоню слишком быстро. Чересчур быстро. Аффито ездит медленнее, с ним на козлах у лошадей к концу остается куда больше сил. Двое других – его племянники, мелюзга брата Аффито. Родились уже здесь, не как мы с тобой.

Я вновь кивнул головой.

— Стало быть, у меня работников трое, и матери в помощь тоже три работницы наняты, только на самом деле помощниц у нее пять: Мора с Фавой ей тоже порой помогают кой в чем.

Я осведомился, чем заняты эти работницы.

— Одна стряпает, а две девчонки помогают в хозяйстве по мере надобности. Одна у стряпухи в помощницах. Зовут ее Онорифика. Другая моет полы, кровати застилает, понимаешь?

— По-моему, понимаю. Где ночуют твои работники?

— Мужчины-то? Где ночуют?

— Да. Это ведь не такая уж страшная тайна, верно? Ночуют они в доме?

Инклито покачал головой – по-моему, скорее удивленно, чем в знак отрицания.

— В большом амбаре на задах. Там, внутри, вроде домика небольшого устроено, как раз для них. Хочешь взглянуть, покажу.

— После ужина, может быть. Там видно будет. Ну а работницы? Они где ночуют?

— Думаешь, там же? Нет, нет, не там.

— Я ничего не думаю, – возразил я. – Просто хочу узнать.

— Стряпуха – в кухне. Кухня для нее и спальня, так что, если захочется чего-нибудь среди ночи, приходится в дверь стучаться. Порой там же с ней ночует одна из девчонок. А бывает, одна из девчонок у моей матери спит. Если мать опасается, что ей худо стать может или понадобится что-нибудь, одна из работниц ночует в ее спальне – мы там специально еще одну небольшую кровать завели. Или дочь моя, или даже Фава.