Онлайн книга «Пока не высохнет земля»
|
Ирия снова опустилась в кресло за письменным столом и стала ждать Пятую. Было очевидно, что управляющая желает обсудить дона Исидро и их планы на его счет. Она уже несколько дней ходила за Ирией по пятам, чтобы начать этот разговор. Ирия, напротив, хотела тщательно продумать дальнейшие действия. Она поправила выбившуюся прядку и потерла ладони; вернувшаяся Пятая закрыла за собой дверь. — С доном Исидро мы разберемся цивилизованно. Пятая скривилась. Ее ведьминская сущность жаждала вражеских сердец. — Как прикажешь, Ирия, – сказала она и закурила трубку – безмолвное свидетельство успешной охоты. – Но мертвые не упокоятся, пока пролитая кровь не будет отомщена. — Пятая, ты должна мне довериться. — Я доверяю. — Тогда позови моего племянника. И мы поставим точку в этом деле, которое так дорого нам обошлось. * * * Баси лежала на полу, объятая отчаяньем. Прошло больше четырех недель, а месячное кровотечение так и не началось, вдобавок Баси часто тошнило, и у нее кружилась голова. Мать рассказывала, что во время беременности чувствовала себя схожим образом: она завуалированно пыталась подготовить к этому их с Матильдой. Кристина редко заводила с ними такие беседы, и они давались ей нелегко. Да и им с сестрой, по правде говоря, тоже, но Баси с безмерной благодарностью вспоминала все, что успела рассказать, хоть и не без труда, матушка, объяснив тогда, что не желает, чтобы они пережили тот ужас, который ей довелось испытать в юности во время родов, о которых она совсем ничего не знала… Баси провела последние несколько недель в одиночестве, печальным призраком расхаживая по особняку, – слуги покинули дом, чтобы их репутацию не запятнал позор ее измены. Когда исчез Себастьян, лакеи за пару дней собрали все его вещи. Неделю спустя на пороге возник человек, сообщивший ей, что мебель заберут, чтобы продать на аукционе. Армия носильщиков вынесла все из дома; теперь тот стоял пустым, как плохонький музей. Тем вечером сопровождавший носильщиков маленький человечек, оказавшийся писарем, объяснил ей, что особняк выставлен на продажу и она должна освободить помещение. Без денег, ведь приданым всегда распоряжается супруг, без связей, поскольку никто не желал поддерживать с ней общение, она стала бесцельно блуждающим духом, которому некуда пойти. Первой мыслью Баси было обратиться к сестре, но та вращалась в избранном кругу, и Баси не хотела компрометировать ее в глазах мужа и друзей. После долгих раздумий, разрываясь от ярости и заливаясь слезами жалости к себе, она наконец решила написать тете Ирии, что ей нужно вернуться в Галисию, но страх отказа не давал ей довести дело до конца. «Я вернусь, и, если она отвергнет меня, я хотя бы буду уже в Галисии», – подумала она, зная, что родная земля под ногами сама по себе принесет ей утешение. В Мадриде ее теперь не ждало ничего. Баси словно услышала зов корней, ощутила связь с галисийской землей так отчетливо, как никогда прежде. Как там говорила Сельса, ее обожаемая няня? Единение с зеленым мхом камней, с волшебной песней воды, с каштанами, усыпавшими осенние поля, поливаемые дождями… Баси должна возвратиться к своим. Ее небольших сбережений хватит совсем ненадолго. Она не знала, как жить со своим горем, несчастной долей изгоя и ребенком, растущим в ее чреве, но хотя бы она будет там. И, если все пойдет, как задумано природой, через восемь месяцев малыш появится на свет. |