Книга Пока не высохнет земля, страница 151 – Фернандо Х. Муньес

— Поторопитесь, сеньора, поездка будет долгой, в пути проведем не один день.

Баси не ответила: она так жаждала поскорее покинуть Мадрид, что вскочила на пыльные козлы. Они затрещали, как неугомонные сверчки летом. Когда извозчик закончил загружать ее вещи, он сел рядом и подстегнул лошадь ударом хлыста.

Они направились по главной улице Майор; стоял серый день, в который не хотелось выходить из дома, но вокруг до самой улицы Платериас сновали повозки, носильщики, цветочницы. На пути им попадались нарядные господа в сюртуках, ехавшие верхом; некоторых Баси помнила по званым вечерам. Во всевозможных пролетках восседали дамы: знатные сеньоры и сеньориты из высшего общества, которое навеки ее отвергло. Мужчины игнорировали ее, а женщины обменивались жалящими репликами, прячась за веерами. Но вскоре повозка Баси затерялась возле садов Буэн-Ретиро, и она сказала себе, что, по крайней мере, ей больше не придется видеться с этими людьми.

Они cпустились по улице Альмудена, добрались до моста Сеговия, свернули на аллею Флорида и покинули Мадрид. Баси невольно вспомнила свое прибытие в столицу – она ехала в экипаже с кучером и двумя лакеями, а вещи везли в отдельной повозке. Теперь она уезжала – с запятнанной репутацией, сидя рядом с возницей в старой таратайке, сомневаясь, что та не развалится до конца пути.

За весь день они обменялись едва ли парой слов, исключительно по существу. Сеньора Калатраву молчание не тяготило, а Баси занимали мучительные мысли, которыми она не собиралась делиться с чужаком. Время текло медленно и монотонно, стук колес отдавался в душе и костях. Они заехали на небольшой постоялый двор, чтобы поесть. Перед отбытием из Мадрида сеньор Калатрава взялся закупить все необходимое для путешествия: обед путникам готовили из тех продуктов, что они привезли с собой. Ночевать Баси пришлось на чердаке с крошечным слуховым окном. Он показался ей грязным, затхлым и сырым.

Новый день начался не лучше: он был не менее сер, а резкие порывы ветра грозили заморозить тех несчастных, что неосмотрительно осмелились бросить ему вызов; Баси уставала все сильнее. Когда они ехали по холмистой местности, ей иногда приходилось слезать с повозки и несколько лиг идти пешком, чтобы не нагружать лошадь; временами становилось так холодно, что не спасала никакая шаль. Что хуже, к вечеру разразилась гроза, и ей пришлось ночевать в чистом поле, под повозкой, сквозь щели в которой сочилась вода. Баси почти не смыкала глаз: раскаты грома сотрясали и небо, и землю. Наконец гроза ушла, и Баси забылась неглубоким сном, не принесшим ей облегчения.

Она проснулась, по-прежнему оглушенная после чудовищной ночи, которую не забудет никогда, и удивленно огляделась: сеньора Калатравы рядом не было. Она испуганно вскочила на ноги и бросилась искать повозку со своими сундуками, вещами, драгоценностями и деньгами. Она кричала – сперва звала его, а удостоверившись в своем полном одиночестве, выла от бессилия. Хороший человек оказался просто человеком, обыденным в своей корыстности. Он забрал все, что у нее было. Оставшись одна, без денег, без средств и без связей, Баси села посреди дороги, не зная, что делать: ее переполняли страх, гнев, досада, жалость к себе. Она просидела так больше часа, прежде чем отправиться в путь. Она сказала себе, что все, что ей остается, – добраться до Галисии, которая нынче казалась ей раем. Тучи над головой порой давали ей передышку, но после полудня, в довершение всех ее бед и унижений, снова поднялся ветер, начался проливной дождь.